Домой Армения «Локатор» и НИИ средств связи инициировали инженерные обучающие программы на базе РАУ

«Локатор» и НИИ средств связи инициировали инженерные обучающие программы на базе РАУ

63
0

"Локатор" и НИИ средств связи инициировали инженерные обучающие программы на базе РАУ

Трюк с гвоздем за «двести баксов», или учите физику: программы армянского хайтек-бизнеса Школьники все меньше стремятся учиться: многие просто не понимают, зачем им учеба, если потом не найти работу по специальности. Инженерные предприятия, действующие в стране, пытаются хоть что-то изменить.

Арам Гарегинян, Sputnik Армения.

Запас знаний, с которым армянские дети заканчивают школу, становится все скуднее. Эта мысль прозвучала недавно на слушаниях в парламенте, где также отмечалось, что преподавание математики и естественных наук поставлено намного хуже, чем преподавание гуманитарных предметов.

Сложно не согласиться, но с гуманитарными предметами дело обстоит ничуть не лучше. И что говорить о школе, если, например, на факультетах армянской филологии далеко не все знают западноармянскую грамматику и произношение (почему-то по умолчанию предполагается, что западные армяне из Диаспоры должны учить восточноармянский, но не наоборот).

Сказанное не отменяет больших проблем с математикой, физикой, химией и биологией. Страдаем от этого мы все, и не в последнюю очередь — предприятия, которым трудно нйти хороших специалистов, отмечает в беседе со Sputnik Армения руководитель местной инженерной компании «Локатор» Арман Хачатрян.

Компания постоянно отбирает на стажировку и студентов, и даже школьников, поэтому об уровне образования может судить «из первых рук». Но этот отбор происходит случайно: если от знакомых или коллег узнают, что где-то есть студент (или школьник), который хорошо «шарит» в технике, его зовут попробоваться. Но эта случайность – не вина компании: в нашей системе образования не заложены закономерности, по которым школа могла бы готовить студентов для вузов, а вузы – специалистов для промышленности. Поэтому если старшеклассник или студент хоть в чем-то разбирается, то это — результат либо природного стремления к учебе, либо стимул, полученный от родителей, иногда – от хорошего учителя, но очень редко – от школьной или вузовской системы в целом. Теперь подготовка учителей в целом ниже, чем была в советское время. Они не только хуже владеют предметом, но меньше требуют с учеников (повторимся, речь идет не обо всех, но общая тенденция налицо).

«Педагогов я тоже понимаю. С такой зарплатой, как в школе, человек испытывает хроническое беспокойство за семейный быт. В таких условиях чувство ответственности притупляется. То есть, нужно либо надеяться, что все учителя будут бессребрениками, преданными своему призванию, либо быть реалистами», — отмечает Хачатрян.

Где-то что-то летает

На убыль идет не только стремление учить, но и желание учиться. Особенно ярко это проявляется в селах (хотя и в советские годы, и позже, особенно успешными в Ереване становилась как раз способная молодежь из регионов, за счет воли и мотивации). Но теперь и в городе, и, тем более, в селе школьники и их родители спрашивают себя, зачем им знать физику и химию, а тем более астрономию, где «что-то где-то летает».

Во время последних военных действий в Карабахе Хачатрян участвовал в испытании ряда разработок своих инженеров. Однажды поздно вечером, солдат, сидевший неподалеку, говорит ему: «Вон там, далеко, их беспилотник летит, надо целиться». «Это не беспилотник, это Марс, сейчас он в этой части неба», — отвечает Хачатрян. Вскоре солдат показал на другую точку: «Вон это уже точно от них летит». «Нет, это станция МКС. Она в это время здесь пролетает», — снова отвечает Хачатрян. «А ты откуда это знаешь?», — спрашивает солдат.

«Вот только одна из многих причин, почему стоит знать астрономию — чтобы зря не тратить снаряды и не привлекать противника. Есть и множество других причин, по которым необходимо иметь фундаментальные знания во многих областях. Ну, а о физике с химией и говорить нечего», — говорит Хачатрян, вспоминая этот эпизод.

Заметим, многие годы власти Армении показывали (не на словах, а на деле), что будущего для промышленности они не видят. Один из бывших министров экономики даже находил нужным заявлять об этом, открыто и последовательно. И дело не в нем одном. Многие годы – и до, и после него — власти не вели никакой промышленной политики, давая понять, что не хотят видеть в Армении электронщиков, фармацевтов, механиков, химиков-технологов. Правда, при этом те же власти подчеркивали необходимость иметь современный военпром. Вот только на какой основе его создавать, если в стране не будет специалистов? Ведь гражданская и военная промышленность – это сообщающиеся сосуды.

Важное замечание о программистах

Кто-то может возразить, что в Армении есть стимул учиться на «технаря»: потом можно стать программистом. Но далеко не все программисты знают (или помнят) даже физику, даже общий курс механики.

«Не каждый программист вам сможет ответить, даже в общих чертах, как работает двигатель внутреннего сгорания», — замечает Хачатрян.

Вы спросите: зачем это программисту? Лично ему незачем: в зарплате он от этого не теряет. А вот экономика страны получает два негативных последствия.

Во-первых, не имея прочных знаний по механике, электромагнетизму, микроэлектронике, программист теряет связь с реальной техникой. Конечно, такие программисты могут хорошо написать (и пишут) коды для сайтов, мобильных приложений или игр. Но не факт, что посмотрев на работу станка или системы отопления, они смогут самостоятельно определить, как тут улучшить производительность или снизить энергозатраты при помощи софта. Поэтому, хотя в стране работает около 20 тысяч программистов, но отечественная промышленность получает от этого минимальный эффект.

Во-вторых, ИТ перетягивает специалистов, которые могли бы стать хорошими электронщиками или физиками, потому что выучиться на среднего программиста способный «технарь» может за год, а на хорошего инженера надо учиться минимум четыре года. Вдобавок, и рынок труда здесь не так велик, как в программировании (в том числе и потому, что государство не проводит политику по развитию инженерии). Поэтому и желающих учить физику становится все меньше.

Совсем серьезно

В том, что физика – вещь нужная, Хачатрян утверждает со знанием дела. Инженерия — инженерией, а дело не только в ней, с улыбкой добавляет он. В далекие 90-е физика помогла ему выиграть пари. Тогда у него (как и многих) было туго с деньгами. А подходило восьмое марта, и хотелось купить подарок будущей жене.

«Сидим мы с ребятами, и тут я говорю: «Я могу засунуть гвоздь в розетку». Мне говорят: «Ерунду несешь». Я отвечаю: «Спорим?». Они сказали: «Ставим двести баксов». Я вставил гвоздь. Все было просто, нужно было знать уроки физики: если вставляешь гвоздь в один разъем розетки, а не в оба, то электрическая цепь не замыкается. По этой же причине – другой известный школьный пример – птиц не бьет током, когда они сидят на проводах, потому что в это время они не касаются земли», — напоминает Хачатрян.

Во избежание непредвиденных последствий, г-н Хачатрян – уже без шуток — настоятельно просит не повторять этот номер (даже тем, кто хорошо учил физику). Второй, не менее серьезный вывод (уже от нас): задача государства – сделать так, чтобы специалист мог заниматься нормальным делом, а не такими «искрометными» номерами.

Новый курс робототехники

Можно во всем и без конца ругать государство, но можно и самому попытаться что-то исправить — пусть немного и не сразу. Несколько технологических компаний (Synopsys, «Армсофт» и некоторые другие) проводят образовательные программы в вузах. Вузовских программ по робототехнике до сих пор не было, теперь такую хотят открыть совместно «Локатор» и Ереванский НИИ средств связи в Российско-Армянском (Славянском) университете для студентов по инженерии и физике.

«Вначале заработает профильная годичная программа в магистратуре, по беспилотным аппаратам. Затем мы хотим открыть уже общую программу робототехники в бакалавриате», — отмечает технический директор «Локатора» Армен Никогосян, который уже ведет в РАУ курс схемотехники.

Кроме того, на самом предприятии хотят открыть базовую лабораторию робототехники, где студенты будут на практике изучать и роботов, и «интернет вещей» (Internet of Things).