Вилко Келдерман о Джиро д’Италия-2020 и переходе в команду Bora-hansgrohe

    30
    0

      29-летний нидерландский велогонщик Вилко Келдерман (Wilco Kelderman) начинает первый сезон в велокоманде Bora-hansgrohe, куда перешёл после четырёх лет работы в команде Sunweb.

      В прошлом сезоне Вилко Келдерман впервые в карьере поднялся на подиум Гранд-тура – занял 3-е место на Джиро д’Италия-2020. В интервью нидерландской газете AD Келдерман рассказал о причинах смены команды, о разочаровании из-за упущенных Джиро д’Италия шансов, о планах на будущее.

    Вилко Келдерман о Джиро д’Италия-2020 и переходе в команду Bora-hansgrohe

    Photo (c) Bora-hansgrohe

     

      В начале интервью на вопрос о том, какой была первая встреча с новой командой Bora-hansgrohe, Вилко Келдерман ответил: «Неплохо. В Sunweb всегда все довольно серьёзны. В Bora-hansgrohe, скажем так, было чуть больше пива. Встреча новичков проходила с играми и пивом. Веселились, знакомились друг с другом. Но я не силён в выпивке, алкоголь действует на меня довольно быстро. Поэтому ужасно чувствовал, когда пошёл спать».

    — Как вообще ты перешёл в эту команду? Ещё до возобновления сезона команда Sunweb уже объявила, что они не продлят твой контракт.

    — Да, и я узнал это из газет. Но уже на тот момент я сильно сомневался, хочу ли оставаться в Sunweb. Мне нравились гонщики и персонал, но в команде у меня не было права голоса. Всё решалось за меня, как будто я был роботом. Поэтому к тому времени велись переговоры с другими командами, включая Bora-hansgrohe. Но я также не возражал переговорить с Sunweb. Сезон только начинался, поэтому удивился, когда вдруг прочитал в газете, что контракт со мной не продлят.

    — В тебя не верили?

    — Не знаю, что стояло за их решением. Последние годы я критиковал их планы, иногда был довольно резок. Я старался наладить отношения, чтобы мы, как команда, могли стать лучше, но в последний год они, мне кажется, выбрали неверное направление. Хотя в итоге сезон у меня получился хорошим, как вы знаете.

    — В общем, да. Ты везде занимал высокие места.

    — Да. Но в самом начале чувствовал себя не очень. Ощутил, что сделал шаг вперёд, на Тиррено-Адриатико. Но уже во время перерыва в сезоне из-за коронавируса понимал, что на правильном пути, что тело готово. Наконец, я смог свободно тренироваться без жалоб.

    — В июне ты говорил, что стал меньше мечтать. Может, тебе надо было чаще задумываться, что ты мог выиграть ту Джиро. Когда ты на ней стартовал, мелькала ли у тебя мысль, что ты сможешь выиграть?

    — Нет. Я нацеливался на этапы, хотя знал, что будет очень трудно. Думал, что если всё пойдёт хорошо, смогу быть третьим.

    — Когда поверил, что можешь достичь большего?

    — В первый уик-энд заметил, что форма у меня хорошая. На Этне я оглянулся, и увидел, что команды больше нет, что у меня есть преимущество, которое могу нарастить. Но до самой последней недели я не думал о розовой майке. Алмейда уже надел её, но я знал, что в его возрасте он сломается на протяжённом подъёме. Он должен был потерять её на этапе до Пьянкавалло, но я тоже почувствовал, как быстро ехали Джей Хиндли и Гео Геоган Харт. 

    — Джиро д’Италия-2020 в итоге решилась на двух горных этапах, или даже на одном – Стельвио. Каким был твой план на тот этап?

    — Уехать от Алмейды и забрать розовую майку. Вообще-то, это сработало довольно быстро. Сэм (Оомен) стал виртуальным лидером, Алмейда потерял майку. Я подумал: идеально, а теперь держать высокую скорость. Не слишком форсировать, не слишком торопиться. Но внезапно контроль перехватили Ineos с Роаном Деннисом и Геоганом Хартом. В самом начале всё ещё было хорошо, но потом они не теряли скорости. Я же шёл на пределе, поэтому их отпустил, после чего началась борьба.

    — Хиндли, твой товарищ по команде, с тобой не остался. Вместо этого он поехал за Геоганом Хартом. Ты понимал, что ты остаёшься один?

    — Я не предполагал, что Деннис будет так силён. Но, конечно, не думал, что Джею разрешат вести свою гонку, что ставят на него, что мне придётся справляться самому. Вечером, перед стартом, на обсуждении с командой это не обсуждалось.

    — Ты ругался? Просил подождать?

    — В какой-то момент я остался на Стельвио один, на ветру. Потом почувствовал, что все надежды рушатся. А когда понимаешь, что Джиро ускользает сквозь пальцы, теряешь голову. Я так долго ехал один, что и на спуске мне пришлось крутить педали. Поэтому к последнему подъёму я уже потерял много сил. Еле догребал до финиша.

      Просил по радио, чтобы Джей меня подождал, но мне сказали: «Нет, Джей останется на колесе Тео». Им тоже было сложно. Как часто можно выиграть Джиро с двумя гонщиками? Джей не мог отпускать Тео на подъёме, потому что между ними был слишком маленький разрыв. Но я и сам не был достаточно силён. В конце концов, мне надо было самому ехать быстрее. Джей делал то, что ему сказали, я его не виню. Я радовался за него, когда он выиграл этот этап.

    — А если бы Хиндли остался с тобой, ты выиграл бы Джиро?

    — Тогда мог бы подойти совсем близко или мог бы выиграть Джиро. Я бы не потерял так много времени на этапе со Стельвио (18-й этап Джиро д’Италия-2020), если бы Джей остался со мной, и тогда потом я бы ехал совсем по-другому. С такой тактикой я потерял уверенность.

      В субботу, за день до Милана, я стартовал в розовой майке на последнем горном этапе до Сестриере, но тактика команды наводила меня на мысль, что я проиграю Джиро. Просвет был слишком маленьким, и я больше не чувствовал себя в великолепной форме, уверенности тоже не было. Джей сидел за Тео главным образом затем, чтобы увидеть, как много преимущества сможет набрать.

      Когда они атаковали, я сразу почувствовал, что просто не могу с ними удержаться. Держался с километр, потом понял, что это всё. Мне пришлось фокусироваться на третьем месте. После Милана я ещё две недели думал о Джиро, каждый раз прокручивая одну мысль – а что, если бы мы разыграли по-другому?

    — Весь сезон общей темой проходит недостаток уверенности?

    — Это ощущение появилось у меня к концу Джиро д’Италия. Жаль, что уверенности не хватало и руководству команды. Не знаю, были ли они рады, что я поднялся на подиум.

    —  Когда оглядываешься назад, какое чувство сильнее – гордость или разочарование?

    — Двоякое чувство. Это был такой шанс. Но я поднялся на подиум Гранд-тура, чем очень горжусь. Не многие гонщики могут этим похвастаться. И Джиро оставила очень хорошие воспоминания о том, какой сильной была наша команда, о розовой майке. Я повесил её в рамку.

    — Ты бы по-другому ощущал себя, приходя в команду Bora-hansgrohe, не будь этого третьего места в твоём послужном списке?

    — Это приятно само по себе, но они уже были во мне уверены. Они видели мои результаты, были ими впечатлены. Они сказали, что я могу бороться за топ-10 на любом Гранд-туре и даже выиграть.

    — В какой роли будешь в команде?

    — Почти в той же, что и в Sunweb. Роль капитана, но каких-то ситуация буду работать на других.

    — Ты можешь выбирать, какой Гранд-тур поедешь?

    — Выбирать нет, но могу во многом влиять на составление программы гонок. Я начну сезон на Вуэльте Валенсии, поеду Тур Страны Басков, Льеж-Бастонь-Льеж, Тур Романдии. В моей программе не было Амстел Голд Рэйс, но я хотел бы её проехать, и мне сказали: «Ладно, хорошо».

    — Классики и Тур Романдии сложно сочетать с тренировочным лагерем на высоте перед Джиро.

    — Ха-ха-ха.

    — Значит, поедешь Тур де Франс?

    — Да, план – готовиться к Туру.

    — Ты начал снова мечтать, что сможешь выиграть Гранд-тур?

    — Это будет трудно с таким молодым поколением гонщиков. Но в прошлом году я чувствовал себя очень хорошо. Думаю, есть куда прогрессировать. Никогда не говори никогда.