«Соперничество Турции и ОАЭ определяет ближневосточную политику»

34

«Соперничество Турции и ОАЭ определяет ближневосточную политику»

Дипломатические отношения между Анкарой и Абу-Даби испортились, после того как правящая в Турции Партия справедливости и развития начала поддерживать политическую организацию «Братья-мусульманеё во время арабской весны — серии антиправительственных протестов, охвативших весь арабский мир, указывает он в статье для Dawn. ОАЭ рассматривают её как террористическую организацию.

С тех пор ОАЭ и Турция «противостоят друг другу в различных театрах, поскольку первый пытается помешать турецким планам при каждой возможности», отмечает автор.

Обе страны поддерживали противоборствующие стороны в различных региональных конфликтах, добавляет он.

В Сирии Турция поддержала выступления против президента Сирии Башара Асада. ОАЭ больше симпатизировали Асаду и, по словам Кухро, якобы финансировали Рабочую партию Курдистана (РПК), курдскую воинствующую группировку, названную Анкарой и Западом террористической группировкой — в том, что обозреватель назвал «очевидной попыткой усилить её против Турции».

«Наряду со словами поддержки в основном курдской YPG (Отряды народной самообороны — ред.), ОАЭ также назвали турецкое наступление 2019 года через сирийскую границу (направленное на свёртывание деятельности YPG) “угрозой миру”, вызвав ещё одну дипломатическую войну слов», — пишет автор.

Вместе с тем Турция также направила войска и гуманитарную помощь Катару во время его дипломатического скандала с другими странами Персидского залива, включая ОАЭ, и Египтом из-за обвинений в том, что катарское правительство поддерживает исламистские террористические группировки, указывает он. Кризис укрепил отношения между Анкарой и Дохой, подчёркивается в статье.

Кроме того, Турция поддерживает международно признанное ливийское правительство национального согласия в Триполи в его конфликте против мятежного генерала Халифы Хафтара, чьи базирующиеся на востоке страны силы были снабжены оружием из ОАЭ.

«Речь идёт не только о том, чтобы ”перевернуть» страны в свой лагерь, чтобы действовать в качестве идеологических союзников, потому что для Турции дружественная Ливия предлагает дальнейший вход в Средиземное море», — считает Кухро, имея в виду соглашение о морских границах между Турцией и ПНА, которое вызвало гнев конгломерата стран, участвующих в проекте бурения газа в Восточном Средиземноморье. «И если Турция чего-то хочет, то можно поспорить, что ОАЭ попытаются этому помешать», — указывает аналитик.

Кухро обратил внимание на поддержку ОАЭ Греции в её споре с Турцией по поводу территориальных претензий в Восточном Средиземноморье, подчеркнув, что четыре F-16 государства Персидского залива вылетели на Крит для совместных военных учений с греческими военными.

«Ставки здесь высоки для Турции, поскольку она ведёт бурение для столь необходимых поставок газа и энергоносителей, но сталкивается с растущей оппозицией со стороны европейских держав, в частности Франции, стремящейся ограничить её интересы и расширить свои собственные, что делает их готовыми союзниками для ОАЭ. Турция, с другой стороны, имеет меньше региональных союзников и должна будет очень тщательно модулировать свою стратегическую политику в ближайшее десятилетие», — заключает он.