Этнополитика Грузии

113

m-0000Грузинское общество ощущает мотивированные и немотивированные фобии и весьма настороженно относится к любым вопросам, касающимся этнических и региональных проблем, что ассоциируется с сепаратистскими и антигрузинскими настроениями. При этом, чем более развивается грузинское законодательство, чем более происходит интеграция Грузии в Западное сообщество, положение этнических меньшинств и регионов усугубляется.

Сам процесс развития законодательства и принятие обязательств перед Западными партнерами, особенно, по вопросам этнических меньшинств воспринимается грузинским политическим классом как ущербные процессы для национальных интересов Грузии. Например, после длительного обсуждения и явного нежелания выполнить свои обязательства перед Советом Европы, 22 декабря 2002 года Грузия ратифицировала «Рамочную Конвенцию по защите национальных меньшинств» Совета Европы. В 2006 году, также после длительных раздумий, Грузия ратифицировала Европейскую хартию региональных языков или языков меньшинств. Однако, до сих пор не решены вопросы использования языков различных этносов, в том числе компактно проживающих в определенных регионах.

Этно-региональные проблемы являются важным направлением грузинской политики, включая и международные отношения. Грузия формально находится в регулярных отношениях с соответствующими структурами и учреждениями Западного сообщества. Каждая из данных структур осуществляет свои задачи, несколько специфичные, но в целом вмещающиеся в общее русло политики Запада в отношении Грузии. Данные отношения весьма разнообразны и вписываются в общие задачи ответственности Грузии перед западными структурами.

Складывается впечатление, что Запад ориентирован и имеет цели довольно жесткого контроля над этнополитикой грузинского государства. Презентативная часть данных отношений весьма обширная и представляется в качестве серьезных намерений Запада, но в действительности отношение ведущих структур – ОБСЕ, Европейского Совета, Европейской комиссии, Совета министров Европейского Союза, а также НАТО к политической и социальной ситуации в Грузии преимущественно подчинено внешним проблемам, которые сводятся к обеспечению безопасности энергетических коммуникаций.

Нет сомнений, что, находясь в состоянии разобщенности, в том числе по региональной политике, США и Европейское Сообщество достаточно солидарны по оценкам в отношении Грузии, причем, практически, по любой проблеме этой страны. Европейское сообщество, озабоченное положением дел в Грузии, все более пытается подвергнуть критике политику грузинского правительства, но, в целом, они готовы соблюсти правила политической игры. Вместе с тем, даже этот режим наибольшего благоприятствования не устраивает Грузию, которая хотела бы проводить совершенно неподконтрольную политику, которая сводилась бы к вялотекущей этнической чистке во всех без исключения этно-регионах.

Находясь в данных обязывающих отношениях с Западным сообществом и декларируя демократические принципы во внутренней политике, Грузия не может игнорировать функционирование институций, связанных с формированием этнополитики. Имеется постоянная комиссия «Национального собрания», советник президента со своим небольшим аппаратом, департамент правительства. Кроме того, правительство обязывающим образом должно сотрудничать с различными организациями гражданского общества по этническим и региональным проблемам. Каждая из данных инстанций, в основном, занята тем, что, в соответствии с имеющимися планами, составляет раппорта по этим вопросам для структур Западного сообщества.

В действительности же в Грузии нет регулярной деятельности данных инстанций. Этно-региональную политику разрабатывает и осуществляет Совет Безопасности, однако, вовсе не как важнейшую политическую структуру страны, а всего лишь как место, где происходит обсуждение данных проблем. Этно-региональная политика Грузии не является публичной, истинные планы и намерения совершенно не отражаются в тех публичных декларациях, которые время от времени употребляются правительственными инстанциями. Этно-региональная политика Грузии является определенным строго засекреченным процессом, который совершенно не отражается в общественной дискуссии. Данная политика выработана еще во времена Грузинской демократической республики в 1918 – 1921 годах, осуществлялась на протяжении всего советского периода, оставалась неизменной при режимах З.Гамсахурдиа и Э.Шеварднадзе, продолжилась при режиме М.Саакашвили и остается не вполне изложенной при нынешних руководителях страны.

Характерно то, что такая последовательность и преемственность обеспечивается не только определенной политической традицией, но и всеобщей и безусловной поддержкой грузинского общества. Нынешние политические руководители Грузии не харизматические деятели, не опытные политики или администраторы. Они оставляют первое неплохое впечатление и пытаются проводить умеренную внешнюю политику, не допуская внешних и внутренних конфликтов. Это не может не отразиться на этно-региональной политике страны, которая сложилась и имеет весьма негативные традиции.

Этно-региональная политика Грузии сводится к следующему: максимальному вытеснению из страны всех этнических групп; искусственному изменению этнической структуры населения; свертыванию и примитивизации этнических культурно-образовательных учреждений; нивелированию использования языков этнических групп; явной дискриминации прав этнических групп в кадровых вопросах; ограничению прав органов местного самоуправления. На реализацию данных планов направленно развитие законодательства, особенно в сфере лингвистических, образовательных проблем и вопросов местного самоуправления.

Данная дискриминационная политика стала бы невозможной в условиях имеющегося сопротивления со стороны организованных группировок этнических меньшинств, без применения возможностей силовых и правозащитных ведомств. Основным инструментом проведения политики этнической дискриминации является Министерство внутренних дел и безопасности, которое занимается запугиванием населения, созданием обстановки всеобщего страха и подавления общественных движений.

В Грузии существует следующий неформальный порядок проведения этнической и региональной политики. Как правило, вся информация по данным проблемам концентрируется в канцелярии президента, причем, не в аппарате советника по вопросам этнических меньшинств, а в совершенно другом отделе – «Отдел специальных региональных проблем», который представлен пятью сотрудниками, официально прикомандированными от Министерства внутренних дел и безопасности. Состав данного отдела постоянно меняется, видимо, в целях присутствия данных сотрудников в этнических регионах, в которых они выполняют те же функции. Находясь на местах, эти чиновники в ранге старших офицеров, практически находятся вне контроля губернаторов и местных органов власти. В одних случаях, данные чиновники по месту рождения или происхождению имеют непосредственное отношение к данным регионам, но иногда данные назначения происходят по иному принципу, когда они не имеют никакого отношения к данным этническим и иным регионам. Видимо, это происходит исходя из задач, когда должны полностью исключаться местные настроения и связи.

В системе Министерства внутренних дел и безопасности формируется специальный штат сотрудников, которые профилируются на проблемах этнических групп и регионов. Несмотря на это, в Грузии имеются проблемы с получением объективной информации о положении дел в этнических и других регионах, так как многие местные руководители пытаются принять участие в формировании соответствующих докладов, заведомо усложнить представления об актуальной ситуации, вызвать больший интерес в Тбилиси к процессам в их регионах и тем самым упрочить свое положение и значимость.

Имеются также попытки нынешнего министра внутренних дел и его ближайшего окружения драматизировать ситуацию в регионах, представить ее опасной. Наблюдается тенденция применения в регионах вооруженных отрядов специального назначения, подчиненных МВД. По имеющимся сведениям, ряд парламентских групп и отдельные чиновники пытались использовать амбиции министра обороны Вано Мерабишвили в целях подвергнуть его критике и ослабить его политические позиции, предъявили претензии в части излишней драматизации ситуации в регионах. В частности, все более стали возникать сомнения относительно порядка сбора и обработки информации селективным образом.

Поэтому, президент М.Саакашвили, в свое время, был весьма озабочен содержанием информации по регионам и выдвинул предложение усилить значимость губернаторов в предоставлении информации. Вопрос относительно информации имел важное значение для М.Саакашвили в связи с рядом обстоятельств. Отмечается, что президент М.Саакашвили все более был подвержен ощущениям недоверия, подозрительности, тенденции рассматривать поступающую информацию, как необъективную и ложную. Это связано с уверенностью президента в правильности и эффективности своей политики, и любые отклонения от намеченных целей вызывают неприятие.

Кроме этого, местные власти, прежде всего, губернаторы время от времени проявляют, по оценкам М.Саакашвили, нелояльность их предложениям часто раздражают власти в Тбилиси.

Попытки проводить кадровую политику на местах по принципу учета причастности чиновников к партии «Национальное единство» себя не оправдали. Именно среди членов правящей партии отмечается коррупция и отсутствие профессиональности. М.Саакашвили считал, что в этнических регионах не должно иметь место недовольство, а латентные этнические чистки можно проводить таким образом, чтобы не вызывать сопротивления. Эта идеология достаточно глубоко внедрена местным администраторам, и события, которые никак не отвечают данной политике и идеологии, рассматриваются как результат либо политического саботажа, либо по причине низкого профессионализма местной администрации.

М.Саакашвили все больше был склонен сваливать нестабильность в регионах на Министерство внутренних дел и безопасности. В связи с этим имеются признаки того, что события в этнических регионах могут быть использованы различными политическими партиями и группировками как аргумент в политической борьбе. Вместе с тем, после устранения от власти М.Саакашвили до сих пор наблюдалась полная солидарность политических сил по проблемам этнических регионов, и претензии политических партий, в том числе оппозиционных, могут быть исключительно только в части недовольства слабостью расистской политики правящего режима.

Подготовка различных предложений по этнической и региональной политике происходит не в рамках соответствующего отдела канцелярии президента. Различные предложения по данной политике разрабатывают исследовательские институты и организации гражданского общества. Текстовые материалы, которые поступают в канцелярию извне, обычно выдержаны в политкорректном стиле, содержат конструктивные предложения, но в рамках тех общепризнанных задач, которые объективно приводят к вытеснению этнических меньшинств и дискриминации их прав. Таких примеров достаточно много.

Следует отметить, что, наряду с режимными документами, правительство использует и всячески инициирует разработку предложений, имеющих публичное значение, которые широко распространяются в Грузии и за рубежом, несмотря на их явное несоответствие принципам и стилистике Европейского сообщества и политической толерантности. Смысл данных разработок и публичных презентаций, которые имеют пропагандистское значение, состоит в том, чтобы сделать политику Грузии в части этнических регионов и этнических меньшинств общественно легитимной. Это очень важно, особенно, в условиях, когда в европейских структурах критика грузинской политики усилилась.

При этом, было бы ошибочным полагать, что данная пропаганда происходит спонтанно и не связана с задачами правящего режима. Ранее различные исследовательские институты и центры, а также большая часть организаций гражданского общества, находились под контролем Министерства внутренних дел и безопасности, большая часть сотрудников и руководителей этих организаций имеют обязательства перед МВД. Сейчас ситуация заметно изменилась, но, наряду с попытками урегулировать этно-политические проблемы, имеет место не реальная деятельность, а, скорее, замалчивание проблем.

М.Саакашвили, придерживаясь определенного стиля, пытался строить внутреннюю политику в зависимости от ситуации и личных предпочтений. Это означает, что в одних случаях им принимались совершенно волевые и индивидуалистские решения, в других он пытался обязать членов правительства, первых лиц правящего режима в части тех или иных принимаемых решений. Имеются достоверные сведения, что М.Саакашвили старался снять с себя полную ответственность за все решения в сфере этнической и региональной политики. Это можно понять, так как данные решения связаны с очень опасными последствиями и возможными угрозами в будущем. Нужно отметить, что и Э.Шеварднадзе старался не брать на себя всю ответственность за проведение данной политики, несмотря на то, что, в принципе, в команде Э.Шеварднадзе никогда не было политиков и функционеров, которые были бы готовы взять на себя ответственность такого рода. Данное обстоятельство налагает отпечаток непоследовательности этнической и региональной политики.

В настоящее время, при явном умеренном тоне официальной политики, грузинское общество продолжает оставаться на прежних традиционных позициях в части этнических проблем. Несмотря на определенную деятельность, которую руководство Грузии проводит в сфере этнической и региональной политики, грузинское общество остается недовольным сложившейся ситуацией и результатами. Любое известие о каких-либо успехах в развитии этнической культуры, особенно в регионах, вызывает отрицательную реакцию в обществе.

В грузинском обществе имеются совершенно определенные установки относительно будущего этнических меньшинств, и какие-либо позитивные дискуссии вызывают несерьезное отношение. Поэтому, политические руководство Грузии должно, так или иначе, пропагандировать свои успехи в части этнических чисток, прежде всего, в провинциях Самцхе-Джавахети и Квемо-Картли. Данные установки и соответствующая пропаганда имеет место в координированном режиме, когда в пропаганде легитимности этнических чисток участвуют посредством СМИ видные деятели культуры и известные политики.

Практически, только президент остается «вне подозрения» в причастности к негативной, деструктивной деятельности. В грузинских СМИ, помимо установок правящего режима существует вполне определенная самоцензура по вопросам этнической и региональной политики. СМИ ориентируются на определенные нормативы, стандарты и шаблоны, представляя деятельность этнических общественных организаций, различные требования этнических меньшинств, дискуссии по данным проблемам как элементы деструктивности, антигрузинской, антигосударственной деятельности. МВД Грузии регулярно проводит мониторинг деятельности СМИ, в том числе, по проблемам этнических проблем. Главным требованием к СМИ остается создание благоприятного имиджа для политического руководства. В связи с этим, в СМИ выработаны определенные клише в отношении этнических проблем.

Сложилась практика полного отрыва и дистанцирования Национального собрания и исполнительной власти по вопросам этнополитики. В Национальном собрании в последнее время стало невозможным обсуждение данных проблем. Самое большее, что остается возможным, это выступления депутатов от Самцхе-Джавахетии и Квемо-Картли в парламенте во время повестки «разное». Данные выступления происходят в условиях, по существу, пустого зала заседания парламента. Иногда, невозможно обнаружить официальные магнитофонные записи данных выступлений.

За последние годы стало невозможным надеяться на неформальный ответ на депутатский запрос по поводу проблем этих двух этнических регионов. В повестке заседаний парламента уже давно не было обсуждения проблем, связанных с депутатскими запросами по проблемам Самцхе-Джавахетии и Квемо-Картли. Внедрена практика, когда требование депутатов от данных регионов предваряется разъяснительными беседами с ними заместителя спикера парламента, что завершается снятием вопроса о данном выступлении. Спикер парламента внимательно следит за «проводкой» писем, поступающих в парламент от населения и местных органов власти по данным проблемам. Перед визитами в парламент представителей западных учреждений и структур депутаты от этнических регионов предупреждаются о возможных нестандартных высказываний и оценках с их стороны.

Практически, парламент не принимает участия в формировании региональной и этнической политики. Данные проблемы стали своеобразными запретами в работе парламента.

Игорь МУРАДЯН
«Лрагир.ам»

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here