Сочетание интересов в «сирийском проекте»

108

45Сирия — это ключевого государство Ближнего Востока, и невозможно планировать что-либо в отношении этой страны при каком-то одном заданном решении и цели. Если по Ливии основной целью стала нефть, то в отношении Сирии происходит ротация интересов и целей.

Смысл смены правящего режима в Сирии для Западного сообщества заключается, прежде всего, в установлении контроля над имеющимися и будущими энергетическими коммуникациями, ведущими от Персидского залива к Восточному берегу Средиземного моря. Данные цели остаются актуальными и сейчас, но всегда возникал вопрос – почему бы не договориться с Башаром Асадом, который всегда был готов договориться о многом.

От него требовали соблюдать более-менее ощутимую дистанцию от Ирана и России, и, возможно, пойти на некоторые договоренности с Израилем. Все это было бессмысленным для Сирии, которая оказалась бы при этом очень зависимой от Запада, и, кроме того, она надеялась на сооружение нефтепроводов от источников нефти в Ираке и газа из Ирана к портам на Средиземном море.

В любом случае, даже при столь противоречивом раскладе интересов, можно было придти к достаточно прочному соглашению по поводу стратегической перспективы и с Ирано-иракским альянсом, и с Западом. Понимания данную возможную перспективу, Саудовская Аравия, при поддержке Катара и Турции, предпочли инициировать радикальные вооруженные выступления в Сирии, при сильном исламском акценте.

Западное сообщество, которое изрядно устало от арабских «революций», предпочло рассматривать данные радикальные выступления как приемлемый шанс для устранения правящего режима и установления более-менее подконтрольного режима, который пошел бы на многие договоренности, возможно, и с Израилем.

Саудовская Аравия и многие политические группы в регионе были готовы на большие материальные жертвы во имя устранения ненавистного режима в Дамаске. Как известно, с ними солидарными стало и исламское правительство в Египте, что было быстро скорректировано после свержения власти «Братьев мусульман».

Вроде бы, все шло по плану, и казалось, многое скоро решится. Но Западное сообщество очень быстро столкнулось с угрозой физического уничтожения алавитского и христианского населения в Сирии, а также с угрозой полной утраты Сирии — как государства, традиционно находящегося под влиянием Запада.

«Исламизация» Сирии привело бы не только к ослаблению контроля Запада над страной, но к усилению влияния Турции, которая не скрывает, что стремится к доминированию над всем Ближним Востоком.

США, Франция и Великобритания не желают уступать Сирию никому, так как это означало бы кардинальное изменение геополитической ситуации на Ближнем Востоке и вообще в Передней Азии.

Ситуация, которая возникла в конце августа этого года, стала более чем противоречивой. Запад весьма сомневается в целесообразности нанесения ракетно-бомбового удара по Сирии, так как преследует ограниченную политическую цель — не смена власти в Сирии, а создание коалиционного правительства. Этого можно достичь и без столь жесткого вмешательства, но проблема сейчас состоит вовсе не в упрямстве Башара Асада, а в неприятии коалиционного варианта радикальной сирийской оппозицией.

То есть, речь идет даже не об исламских радикалах, а о весьма умеренных оппозиционерах. Выясняется, что в данной ситуации Запад в меньшей степени влияет на радикалов, чем Саудовская Аравия и ее партнеры в регионе. Запад не может допустить установления контроля или влияния Саудовской Аравии и Турции над Сирией, так же, как и пытается ограничить влияние Ирана и России.

Сейчас гораздо больший интерес представляют не влияние Ирана и России, а попытки Турции обрести новые позиции на Ближнем Востоке. США и их партнеры в Европе пытаются не установить однозначное доминирование суннитских стран как партнеров Запада в регионе, а хотели бы создать баланс сил между суннитским и шиитским блоками. Несмотря на нежелание Запада подробно заниматься проблемами, связанными с политикой Турции на Ближнем Востоке, этим Западу придется заниматься.

В сфере фундаментальной науки в Европе и в Северной Америке сложились мнения о том, что арабские революции 2011 года произошли при различных социально-политических условиях и с различными целями, но, при этом, имели вполне самостоятельный характер, и ни США, ни европейцы, ни ведущие арабские режимы не были причастны к инициативам в отношении данных событий. Вмешательство альянса Франции и Великобритании, а затем и США имело цели «перехвата» инициативы и установления контроля в регионе Средиземного море, и, конечно же, имея в виду установление контроля над нефтяными ресурсами Ливии.

Несомненно, активность Турции беспокоила Западные державы, которые не допускали ее военного вмешательства в Ливию, и, возможно, торопливое военное вмешательство Западных государств было мотивировано возможностью применения Турцией силовых приемов, но это обстоятельство не имело важного значения. США и их партнеры в Европе могли без труда не допустить военного вмешательства Турции в события в Ливии, и в Анкаре понимали, что не в состоянии принимать вполне самостоятельные решения. Кроме того, турецкие руководители понимали, что Турция не обладает военными, материальными и политическими ресурсами для серьезного вмешательства в столь масштабные события. Военно-морские силы Турции не имели возможностей осуществить необходимую операцию в Восточном Средиземноморье.

Возможно, реакция арабских государств на военное вмешательство Турции была бы совершенно иной, то есть, враждебной, нежели в условиях военного вмешательства Франции, Великобритании и США.

Нужно сказать, что Западные державы обговорили условия проведения данной операции с ведущими и иными арабскими государствами, аналогично тому, как это происходило в 2002 – 2003 годах, накануне операции США в Ираке. Турция не имеет возможностей вести такого рода переговоры, и главное, с такими же результатами, с арабскими государствами.

Таким образом, данная оценка очень важна для понимания отношений Турции не только с США, но с европейскими государствами по поводу Ближнего Востока. То есть, Западное сообщество приветствует позитивное отношение Турции к процессам на Ближнем Востоке, ее поддержку их позиции, но не допускает достаточно сильного влияния и, тем более, ее военного вмешательства в дела региона. Не исключено, что если бы Турция все-таки применила военное вмешательство в Ливии, то оказалась бы в изоляции, как со стороны Запада, так и арабских государств.

По мнению экспертов, Турция понимала, что ее тесные отношения с Израилем не позволят ей обрести популярность и новые позиции в арабских государствах, а также установить более тесные отношения с Ираном. Ее критическое отношение к Израилю вызвано исключительно стремлением осуществить новые планы на Ближнем Востоке. Отношения с Израилем не дают Турции уже те полезные результаты, как это имело место ранее. Однако, видимо, целью Турции являлось не только приобретение авторитета в регионе, но и выдвижение перед США требований в части военных поставок и политической поддержки в региональной политике.

Для США, в действительности, не имела большого значения корректировка в турецко-израильских отношениях. Данное обстоятельство явилось для США неприятным событием, но не более того. Для США наиболее важным являлось недопущение ослабление военного потенциала и обороноспособности Израиля.

Турция и Израиль связанны весьма важными договоренностями, и срыв этих обстоятельств, выверенных десятилетиями, мог нанести ущерб безопасности Израиля. Кроме того, нужно отметить, что Израиль мог потерпеть ущерб не только из-за изменений в отношениях с Турцией непосредственным образом, но и в результате новых форм сотрудничества ее с арабскими государствами.

В связи с этим, США с самого начала конфликтной ситуации в турецко-израильских отношениях пытались оценить и предупредить решения, которые могли бы нанести ущерб обороноспособности и безопасности Израиля. США решили данную задачу, и это стало одном из условий снижения конфронтации в американо-турецких отношениях.

Таким образом, Турция остается в рамках свободы действий в части критики Израиля и выстраивания отношений с арабскими государствами, что сейчас не очень волнует США, потому что они убедились в ограниченных возможностях Турции в регионе.

США демонстрируют снижение масштаба своего присутствия в регионе Ближнего Востока, и не имеют планов наращивания здесь своего военного потенциала, в связи с чем в обозримой перспективе (возможно, и в среднесрочной перспективе) исключается военное вмешательство США в события в регионе.

В связи с этим, США не заинтересованы также в усилении влияния и других государств, прежде всего, Турции и Ирана в регионе Ближнего Востока. В настоящее время речь может идти о некотором усилении присутствия в регионе Европейского Союза, который может предложить, пока только политическое влияние, а также некоторое военное участие европейских государств, которое предстоит либо в формате НАТО, либо в каком-то ином формате, например, франко-британского альянса или Европейских вооруженных сил, концепция которых не выдержала испытаний времени.

Одновременно, США усиливают военный потенциал большинства арабских государств, прежде всего, Саудовской Аравии и арабских государств Персидского залива. То есть, происходит глобальный сброс ответственности и сокращаются материальные затраты на оборону и безопасность.

Именно исходя из таких предпосылок необходимо рассматривать и отношение США к событиям в Сирии, и к политике Турции в отношении сирийских событий. В отношении Сирии США проявляют довольно последовательную и масштабную политику и пропаганду, и иначе они не могут себя вести, так как это было воспринято как ускоренное и окончательное свертывание американского присутствия.

Санкции и ограничения, принимаемые США и европейскими государствами в отношении Сирии, нашли отчасти поддержку арабских государств и Турции, что позволило Анкаре претендовать на партнерство одновременно и с США, и с арабским миром. Таким образом, выступив в качестве противника нынешнего правящего режима в Сирии, она получила наилучшие позиции, приобретая новые политические позиции.

Вместе с тем, ни США, ни Франция, ни ведущие арабские государства не заинтересованы ни в военном вмешательстве Турции, ни в усилении ее влияния в регионе. США, Франция и Великобритания пытаются предпринять воздушно-бомбовые удары по Сирии, в связи с использованием химического оружия, но это оказалось не очень простым решением, и лидеры этих стран хотели заручиться поддержкой своих парламентов. Как стало известно, во время дискуссий в парламентах США и Британии в качестве аргументов приводилось возможное участие Турции в наземной операции, причем, вовсе не как позитивное событие, а как весьма негативное, имеющее нежелательные последствия в регионе.

Турция совершила стратегическую ошибку, выступив против правящего режима в Сирии, так как представляется проблематичным то, что она сумеет приобрести долговременных партнеров в арабском мире и сохранить, якобы, приобретенный авторитет.

Эксперты считают, что Турция ошиблась в оценке ситуации в Сирии и приняла решение под впечатлением событий и результатов революции в Ливии. В результате, она утратила свое влияние и позиции в отношении Сирии после нескольких лет развития сотрудничества. Ранее, Сирия, по существу, была приоритетным партнером Турции на Ближнем Востоке, что позволяло ей осуществлять давление на Израиль, в какой-то мере улучшить отношения с Ираном и даже приобрести позиции среди шиитских общин арабских стран.

Вместе с тем, нет никаких оснований утверждать, что США оказали влияние на Турцию по вопросу о смещении ее акцентов в сирийском направлении. Данное решение Турция вынесла вполне самостоятельно, исходя из стремления приобрести положение лидера среди суннитских стран.

Турция убедилась в том, что дальнейшее давление и критика в адрес Израиля не приведет к укреплению ее позиций в арабском мире, «ресурс» антиизраильской пропаганды исчерпан, и необходимы новые общие противники для турок и арабов. Одновременно, давление на Сирию и солидарность по этому вопросу с США и Европой может принести ощутимые результаты.

Однако, данная политика не принесла желаемых результатов. Турция не приобрела партнеров в арабском мире, а США и Франция остались при своем мнении, что турецкая политика остается чрезмерно амбициозной, и было бы желательно отсутствие вмешательства Турции в сирийские события или же полное согласование ее политических шагов с Западным сообществом.

Игорь Мурадян

Источник: ЛРАГИР

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here