«Вторая» война за Нагорный Карабах: миф или реальность?

26

56337_2Все чаще зарубежные и отечественные эксперты выражают уверенность в неизбежности возобновления войны в Нагорном Карабахе. Возможна ли новая война? Постараемся дать ответ на этот вопрос.

После подписания Бишкекского протокола в 1994 году о прекращении боевых действий начался переговорный процесс по разрешению конфликта, который проходит в рамках Минской группы ОБСЕ под постоянным председательством США, России и Франции. Сегодня Нагорно-Карабахская Республика, имеющая де-факто все необходимые атрибуты независимого государства, остается де-юре непризнанной. Данный факт, однако, с точки зрения концепции realpolitik не мешает НКР быть частью международной политической системы:

1. Нагорно-Карабахская Республика имеет собственные постоянные представительства в Армении, США, России, Франции, Германии, Канаде, Ливане и Австралии. Фактически НКР самостоятельно осуществляет процесс поддержания собственных интересов во внешнеполитической среде.

2. На парламентских и президентских выборах в НКР в качестве наблюдателей принимают участие высокопоставленные политики из различных стран мира. В данном контексте отмечается факт заинтересованности международного сообщества в развитии политического процесса в Нагорно-Карабахской Республике.

3. Идет процесс формирования организаций и парламентских групп в поддержку независимости Нагорно-Карабахской Республики. Так, официальная парламентская группа дружбы с НКР действует в сейме Литвы. Организации в поддержку НКР, объединяющие влиятельных политиков и общественных деятелей, действуют в США (организация «Американцы за Арцах»), Бельгии (организация «Европейские друзья Армении»), Франции (политическая группа «Круг дружбы с НКР»).

4. Нагорно-Карабахская Республика включена в официальный список стран, получающих финансовую поддержку от США. Белый Дом оказывает финансовую поддержку НКР с 1997 года, а 25 июля текущего года комитеты по внешним ассигнованиям Палаты Представителей и Сената утвердили финансовую поддержку молодой республике на 2014 год. За период с 1997 по 2013 гг. США выделили для НКР более 150 млн. долларов в качестве безвозмездной финансовой помощи.

Как мы видим, НКР, будучи юридически непризнанным государством, имеет более серьезные политические позиции на международной арене, нежели другие «непризнанные» или «частично признанные» страны. В данном контексте, основной целью Баку является попытка блокирования НКР, что ограничивается «включением» в черный список (персон «нон-грата») известных лиц, посетивших республику. Даже во время членства в Совете Безопасности ООН азербайджанские представители так и не сумели поднять карабахский вопрос.

Война за Нагорный Карабах считается ассиметричным конфликтом, в котором государство, имеющее численное и материальное превосходство (Азербайджан) потерпело сокрушительное поражение в войне с государством, многократно уступающим в численности и вооружении. В данном контексте военный бюджет Азербайджана и его численное преимущество играют роль скрипки для «внутренней» публики. Прекрасно осознавая свои реальные возможности с учетом геополитической конфигурации, Баку остается лишь навязать искусственную гонку вооружений, предвещающую «мифическое» возобновление войны.

Более того, по мнению большинства военных экспертов, армянская армия является самой боеспособной в регионе. В частности, подобное мнение выразил эксперт внешнеполитического совета США Уэйн Мерри: «С точки зрения боевой подготовки армянские подразделения во много раз превосходят противника. Не секрет, что у армян есть армия, а у Азербайджана – только вооруженные силы».

В докладе Международного института стратегических исследований (Лондон) отмечается: «Армянская армия довольно грамотна и осознает те цели, которые перед ней поставлены. Вместе с тем, ряды вооруженных сил Армении продолжают пополняться преимущественно путем срочного призыва, тем не менее, растет процент профессионального офицерского состава. Несмотря на серьезные закупки, азербайджанцы не могут достичь необходимого преимущества, что может создать серьезные риски в случае возможной операции в Нагорном Карабахе. Нефтяные доходы дали возможность Азербайджану закупить новые виды вооружений, в том числе системы противовоздушной обороны типа С-300. Несмотря на это, пока неясно, что выигрывает Азербайджан в плане боеспособности благодаря этим закупкам. Основу пополнения вооруженных сил в Азербайджане продолжает составлять призыв, а уровень общей подготовки достаточно низкий».

«Армянская армия является второй по боеспособности после белорусской в постсоветских странах. Вооруженные силы Армении берут не количеством, а качеством. Армии Армении и Нагорного Карабаха строятся по советским стандартам. Многие армянские военные получают образование в России. Кроме того Армения получает современное вооружение по линии ОДКБ. Главная «лазейка» для армянской стороны – это армия Нагорно-Карабахской республики, которая не посылает в ООН никакие отчеты. Азербайджанская сторона часто «рапортует» о сотнях танках, артсистемах и бронемашинах в составе карабахской армии», — подчеркивает Игорь Коротченко, директор Центра анализа мировой торговли оружием.

Вопрос возобновления войны необходимо рассматривать в двух аспектах: геополитическом и внутриполитическом. Геополитический аспект представляет собой синтез интересов ключевых мировых и региональных игроков. Основные ключевые и региональные игроки заинтересованы в сохранении мира в регионе. Россия, будучи стратегическим союзником Армении, связана с Ереваном не только двусторонними соглашениями, но и обязательствами в рамках военного блока ОДБК. Кроме того, для Москвы чрезвычайно важно сохранить свое военное присутствие в Армении для поддержания баланса сил в регионе. Азербайджан, избрав путь конфронтации с Россией (уход с Габалы, активное развитие энергетических проектов в обход России), вовсе лишил себя надежд на «потенциальный» нейтралитет и поддержку Москвы в вопросе дипломатического «давления» на Ереван.

«Пойти на вероятное разрешение Карабахского вопроса силовым путем сегодня может только сумасшедший. Война в Карабахе для Баку будет означать потерю суверенитета Азербайджана в краткосрочной перспективе, с дальнейшей фрагментацией территории. Вполне вероятно, что силовиками в Баку рассматривается вариант военной кампании в Карабахе в качестве отвлекающих и консолидирующих компонентов в преддверии президентских выборов в Азербайджане. Однако хочется верить в здравый смысл и мудрость президента Алиева. Он, как человек разумный, не пойдет на уничтожение своей страны ради сиюминутной тактической выгоды. Иллюзии о том, что Россия, планово поставляя оружие в Азербайджан, замечает реваншистскую риторику относительно Карабахского вопроса в процессе выборной кампании в Азербайджане, несостоятельны. Россия в первую очередь за азербайджанские деньги завозит оружие на границу с Ираном. Учитывая вероятное развитие событий в регионе, это вполне разумный шаг. Никто не позволит азербайджанцам воевать в Карабахе русским оружием», — считает директор международного института новейших государств Алексей Мартынов.

Свою позицию Вашингтон выразил еще в ноябре 2009 года устами первого помощника госсекретаря Тины Кайданоф, которая дала понять, что если республика «предпримет попытку военной операции в Нагорном Карабахе, США признают его независимость». Известный американский аналитик, колумнист журнала Foreign Policy, Томас Волт, заявил: «США крайне не заинтересованы в войне. Сегодня страна находится в трудном экономическом положении и завязла в Сирии, а новый конфликт на Кавказе еще сильнее ударит по ее позициям. США не смогут остаться в стороне хотя бы по двум причинам: постоянное представительство в Минской группе ОБСЕ и наличие мощного армянского лобби, не говоря уже об энергетических проектах, в которые вовлечены многие транснациональные корпорации».

В данном заключении сомневаться не приходиться, ибо новая война, с учетом наличия у сторон современного наступательного вооружения, не ограничится территорией самой Нагорно-Карабахской Республики. Это означает, что под ударом будет вся азербайджанская нефтяная инфраструктура, которая будет уничтожена в течение считанных часов, и в Баку это прекрасно осознают. Позволят ли ведущие мировые нефтяные гиганты в такой ситуации развязать авантюру, пустив свои миллиарды по каспийским ветрам?

Нынешнее положение дел также устраивает ведущего регионального игрока – Иран. В Баку по взмаху волшебной палочки из Тель-Авива умудрились окончательно испортить отношения не только с Москвой, но и с Тегераном. Символичным является тот факт, что президент Алиев отказался ехать на инаугурацию нового президента страны Хассана Роухани. Конечно, причин может быть много: в Тебризе будет построен музей армянской истории, или факт почетного приглашения президента Сержа Саргсяна, однако, факт глубокого политического кризиса на лицо. Еще в 2010 году в ходе встречи с журналистами посол Ирана в Армении Сеид Али Сагаяни недвусмысленно намекнул, что Иран — единственная страна, имеющая общую границу с Нагорным Карабахом.

Отвечая на вопрос как Иран относится к тому, что в результате нагорно-карабахского урегулирования в регионе могут быть размещены миротворцы, которые могут быть и российскими, и американскими, посол сказал: «Учитывая то, что единственная страна, имеющая общую границу с Нагорным Карабахом — Иран, мы имеем четкую позицию в отношении размещения миротворческих войск». Тегеран, являясь стратегическим партнером Еревана, де-факто поддерживает армянскую сторону, что подтолкнуло Баку к «поиску» союзников. «У Карабаха под боком огромный Иран — страна, обладающая большим экономическим потенциалом и несравненно более мощная, чем Армения. Если Ереван развивает сотрудничество с Тегераном, почему бы и Нагорному Карабаху не пойти по этому пути? Сейчас для Ирана и Нагорного Карабаха есть шанс воспользоваться исторической лазейкой и начать сближение. Течение этого процесса, если он начнется, будет медленным, но серьезным — Иран таков», — считает первый вице-президент Центра моделирования стратегического развития Григорий Трофимчук.

Другой региональный игрок – Турция — и вовсе связан по рукам и ногам тугим американским узелком. Нет секрета в том, что Анкара, как говорили в Древнем Риме, «слово и воля» Вашингтона на Ближнем Востоке. Во время войны в Арцахе официальная Анкара не спешила оказывать Баку необходимую поддержку. Безусловно, оказывалась поддержка некоторыми видами вооружения, военными консультациями и группой добровольцев. Однако, на государственном уровне Турция смогла лишь де-юре закрыть наземную границу с Арменией в качестве «жеста солидарности». Гипотеза о том, что в случае новой войны турецкая армия нанесет удар по Армении, столь же несостоятельна, как и сама «возможная» война. С точки зрения устава НАТО Турция сможет вступить в войну лишь в случае «непропорционального военного удара» по ее территории. С учетом количественных параметров Армения теоретически не способна нанести Турции «непропорциональный военный удар». С практической точки зрения для Анкары фактор неразрешенности нагорно-карабахского конфликта является инструментом создания барьеров углубления Армении в НАТО.

ВНУТРИПОЛИТИЧЕСКИЙ АСПЕКТ

Для понимания внутриполитического аспекта необходимо использовать двухуровневую модель Роберта Патнэма. Теория Патнэма предполагает два уровня взаимодействия между игроками – Уровень I и Уровень II. Уровень I – международный уровень, на этом этапе переговоры между сторонами заканчиваются предварительным соглашением. На этом уровне «главные переговорщики» («chief negotiators») с каждой стороны являются основными действующими лицами, наделенными полномочиями ведения переговоров. В нашем случае переговорщиками являются Серж Саргсян и Ильхам Алиев.

На Уровне II в игру вступают внутриполитические силы. Именно здесь в ходе обсуждений сторонники «главного переговорщика» пытаются убедить остальных внутриполитических акторов ратифицировать соглашение. По соглашению, принятому на Уровне I должно пройти голосование на Уровне II, в ходе которого парламентарии проголосуют «за» или «против» него. Учитывая эти обстоятельства, Патнэм вводит понятие «Win Set» (пространство выигрышных решений). Под концептом «Win Set» понимается множество всех возможных соглашений на Уровне I, которые являлись бы «выигрышными» для внутриполитических групп на Уровне II. Исходя из этого на внутреннем уровне мы получаем следующий «Win Set»:

— Основой урегулирования Нагорно-Карабахского конфликта должно быть признание осуществления права народа Нагорного Карабаха на самоопределение;

— Нагорный Карабах должен иметь контролируемую армянской стороной надежную сухопутную связь с Арменией;

— Безопасность Нагорного Карабаха должна быть гарантирована на международной основе.

Таким образом, мы видим, что основные внутриполитические группы давления в Армении солидарны по нескольким вопросам. Следовательно, суверенитет НКР, подконтрольность Лачинского коридора и международные гарантии безопасности – вот те три пункта, которые не могут стать предметами торга в ходе переговоров, поскольку Саргсян осознает, что иные варианты не будут приняты внутриполитическими акторами.

Что касается Ильхама Алиева, то его «пространство выигрышных решений» включает три основных пункта:

— возвращение беженцев в Нагорный Карабах до принятия его окончательного статуса;

— равноправное совместное использование Лачинского коридора;

— самоопределение Нагорного Карабаха в рамках территориальной целостности Азербайджана.

Как мы видим, независимость НКР не соответствует «пространству выигрышных решений» Ильхама Алиева. Исходя из этого, Алиеву приходиться ограничиваться «угрозами» в адрес Армении для поддержания внутриполитической стабильности. По меньшей мере в девяти главных публичных выступлениях в 2012 г. президент Алиев недвусмысленно предупредил о возможности возобновления войны, если не удастся добиться прогресса на переговорах. Усиление воинственной риторики, учащение нарушений режима прекращения огня и увеличение оборонного бюджета – единственные возможности придать «угрозам» иллюзию реальности.

Арутюнян Ван, Галстян Арег, Мнацаканян Арут, «time to analyze» — politics, society, and ideas

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here