Отрезвление

134

g_image.php16 марта 2013 года поступило сообщение о смерти азербайджанского аскера Эльвина Фикрет оглу Нифтизаде, служившего в пограничной части Азербайджана. Аскера убил его командир, ударив его, спящего, табуреткой по голове. Убитый Эльвин оказался двоюродным братом сразу двух достаточно известных в Азербайджане людей: политзаключенного Ульви Кулиева и скандально известного поэта и писателя Агшина Енисея (Дадашева).

Что касается Ульви, то он отчаянно старался добиться справедливого расследования убийства брата, хотя в Азербайджане это является безнадежным делом. Куда интереснее была реакция Агшина Енисея. «Смерть солдата в армии является обыденным делом», — заявил он в те дни корреспонденту газеты «Зеркало».

Надо сказать, что Агшин оказался последовательным человеком: ровно за пять дней до убийства брата он, имея в виду протестные митинги в Баку по поводу регулярных смертей солдат в небоевых условиях, заявил: «Солдаты умирали и раньше. Где находилась молодежь, которая сегодня протестует? Почему она раньше молчала?»

КНИГИ А.ЕНИСЕЯ «ДО НАШЕЙ ЭРЫ», «ТЕРРОР В РАЮ» И «ГЕЛЯГАРГЫСАНДЖАН» достаточно популярны в Азербайджане, а его недавняя статья о месяце Рамазан для мусульман стала поводом для угроз в адрес писателя со стороны исламистов. Данное обстоятельство побудило нас обратить внимание на творчество писателя, которого многие уже пытаются сравнить с Акрамом Айлисли.

Собственно книгу «Гелягаргысанджан» («Слепорожденный») найти не удалось, но нашлось интервью писателя, данное по поводу этой книги радио «Азадлыг», в эфире которого он комментирует книгу и раскрывает некоторые скобки. Главным героем книги является Али-Падаль, обобщенный образ закавказского турка. Как говорит сам писатель, «в каждом азербайджанце есть что-то от Али-Падали». То есть роман «Гелягаргысанджан» является беспощадным описанием образа современного закавказского турка. При этом образ человека-падали А.Енисей называет «обыденностью»: «Мы себя в этом процессе (засилья в Азербайджане одного типа — человека-падали. — Л.М.-Ш.) ведем как люди, выросшие в азербайджанской обыденности». Впрочем, давайте почитаем отрывки из интервью.

— Когда я создавал образ Али-Падали, когда облачал его в плоть, я дал ему малую толику от каждого азербайджанца. Быт у сельских детей отличается от быта городских детей. Но есть черты у Али-Падали, которые присущи всем нам. Это не зависит от того, где мы родились: в городе или в деревне. Я в романе старался показать эти черты, — говорит Агшин Енисей и добавляет: Даже человек, родившийся и выросший в городе, в аристократической семье, получивший дорогостоящее образование, отвечающее европейским стандартам, найдет в себе что-то от Али-Падали».

Радио «Азадлыг: — Но этот Али-Падаль к тому же зоофил, насилует людей; вы его обвиняете в инцесте, в предательстве, в обмане и присвоении чужих денег, в рэкетирстве. Одним словом — во всем! Так как же так получилось, что собирательный, объединенный образ Азербайджана напоминает Али-Падаль и в нем нет ничего положительного?

Агшин Енисей: — Перечисленные вами пороки присущи в той или иной мере каждому азербайджанскому мужчине. В нынешнем обществе эти недостатки вы найдете у большинства мужчин. Например, у деревенских детей на самом деле первая любовь, любовные отношения начинаются не с людей, а с животных… И если речь идет о мужчинах, их первые чувства связаны с животными, а не с людьми. Поэтому не будем видеть в этом только лишь отрицательную сторону. Верно, в нескольких местах я писал о зоофилии. Эта особенность присуща многим из нас.

ЛЕГЧЕ ВСЕГО В ДАННОМ СЛУЧАЕ БЫЛО БЫ ВСПОМНИТЬ О ШИРОКО распространенной пословице: первая жена азербайджанца — ослица. Но дело отнюдь не в этом. Произведение Енисея на самом деле глубже, чем обвинения закавказских турок в присущих им предательстве, обмане, присвоении чужих ценностей, и не только материального порядка. На самом деле речь идет о представителях племен, пытающихся сформироваться в единый этнос с обязательным условием доминирования собственного племени. Трудно сказать, возможно, все современные и древние нации прошли подобный или похожий этап формирования, но то, что происходит по соседству с нами, не может не вызывать чувства омерзения.

Али-Падаль по воле писателя побывал во всех уголках Азербайджана (от отдаленной горной деревушки до Баку), принял участие в жизни всех слоев населения этого образования (от самого дна жизни до крупнейших бизнес-центров и известных политических партий) и везде встречался с себе подобной или хуже падалью. Он не портил атмосферы, напротив, удачно вписывался в нее, ибо Али-Падаль среди остальной человеческой падали Азербайджана чувствовал себя в своей стихии. Исходящее от этого общества трупное зловоние не оскорбляло его обоняния, так как существо не ощущает исходящего от самого себя запаха.

Народный писатель Азербайджана Акрам Айлисли, автор нашумевшего романа-реквиема «Каменные сны», описал убийцу и грабителя Мырыг Музаффара, дети которого страдали умственной неполноценностью. Айлисли объяснял это грехами родителей, совершивших ужасные преступления против исконных жителей Айлисли (армянский город Агулис) — армян. «Это — божественное проклятие», — писал Айлисли. «Дети Мырыг Музаффара» стало нарицательным обозначением закавказских турок, живущих в домах, возведенных не их предками, пользующихся благами не своей земли. Дети Мырыг Музаффара, — это умственно отсталые, не спосбные ни на что человеческое особи. Ныне это общество превратило Азербайджан в огромное открытое кладбище незахороненной падали — педофилов и зоофилов, воров и лгунов, убийц и насильников.

НЕ СЛУЧАЙНО АЛИ-ПАДАЛЬ, СО СЛОВ САМОГО АГШИНА ЕНИСЕЯ, более известен в Азербайджане, чем сам автор книги. Это совершенно логично, ибо каждый закавказский турок, кто взялся за чтение этой книги, узнает в Али-Падали самого себя.

Книга «Гелягаргысанджан» имеет огромное значение для понимания сущности закавказского турка. Именно поэтому она должна быть переведена на армянский и другие языки — точно так же, как была переведена книга Акрама Айлисли. Более того, оба эти произведения желательно было бы издать в одной книге. Взаимно дополняя друг друга, дети Мырыг Музаффара органично превращаются в падаль — они прекрасно иллюстрируют ту духовную падаль, что вот уже на протяжении десяти веков тянет гниющие руки в сторону Страны Армянской.

P.S. Знакомство с книгой Агшина Енисея «Гелягаргысанджан» многое объясняет в психологии закавказских турок, в том числе и самого писателя. В частности, его спокойное отношение к убийству в вооруженных силах двоюродного брата — Эльвина Нифтизаде. В самом деле, скорбь по падали была бы странной даже для закавказского турка.

Левон МЕЛИК-ШАХНАЗАРЯН
Источник: Голос АРМЕНИИ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here