Домой Грузия Афганистан для Грузии

Афганистан для Грузии

370
0

Kaladze-Alasania-IvanishviliТеракт смертника-террориста, произошедший 6 июня в афганской провинции Гильменд, унёс жизни семи грузинских солдат. Тремя неделями ранее в этом же районе погибли ещё трое грузинских военнослужащих.

Парадокс заключается в том, что вчерашние враги России в скоротечной войне августа 2008 года, сегодня борются на «правильной стороне». Бесконтрольный обвал ситуации в Афганистане чреват серьёзными событиями не только в Центральной Азии, но и потенциально опасен для национальной безопасности Российской Федерации.

В наши дни не модно вспоминать обстоятельства принятия решения ввода советских войск в Афганистан, но они, как это ни странно звучит сегодня, имели и военное обоснование: смена власти в этой стране создавала благоприятные условия для уменьшения численности среднеазиатской группировки советских войск, тогда крайне необходимых для переброски на другие более важные стратегические направления. Так думали тогда, а сегодня, к сожалению, нужно точно знать, какие шаги потребуются от России для обеспечения своих южных границ в случае очередного захвата талибами власти в Афганистане.

Прогноз развития военно-политической ситуации в Афганистане даже на ближайшие 2-3 года позволяет предполагать, что по всем признакам ситуация в этой стране очень далека от стабилизации. Уход американского контингента ничего хорошего для нынешних властей Афганистана и граничащих с ним государств не сулит. Высока вероятность и того, что интенсивность нападений талибов на контингент миротворческой миссии международных сил содействия безопасности (ISAF), сосредоточенный в этой стране, будет неуклонно возрастать.

В этом отношении Грузии есть чего опасаться: ее воинский контингент в Афганистане с конца прошлого года был увеличен с 900 до более чем 1600 человек. В сферу ответственности грузинских подразделений впервые попали территории с высоким уровнем военной опасности, ранее контролировавшиеся американскими военными.

Высокая активность талибов в отношении грузинского контингента могла быть вызвана как низкой организацией караульной службы и системы безопасности их базовых центров, так и стремлением исламистов посредством точечного давления на достаточно многочисленный, но далеко не самый подготовленный в военном плане воинский контингент миротворческой миссии, добиться разрушения с таким трудом созданной Вашингтоном антиталибской коалиции.

Уже озвучено решение объединённого командования (ISAF) существенно усилить оборону базовых центров грузинского контингента, а несколько из них в ближайшие дни вообще планируется закрыть.

На фоне происходящих и предстоящих событий, не совсем понятным выглядит заявление действующего министра обороны Грузии Ираклия Аласания о том, что «анонсирование визитов (Саакашвили в Афганистан) ставит под ощутимую угрозу самого президента и тот контингент, который на месте защищает его безопасность».

После войны 2008 года и того, что грузинская армия сделала с Цхинвалом и его мирным населением, с российскими миротворцами, в России найдётся не много сторонников Михаила Саакашвили. Но то, что действующего президента так отчитывает министр обороны этой же страны, ещё недавно бывшего одним из самых высокопоставленных сотрудников его команды, вызывает некоторое удивление. Тем более что Ираклий Аласания, несмотря на свои неполные 40 лет, по праву считается одним из старожилов грузинской политики. В его служебной карьере все было очень хорошо ещё при Шеварднадзе. Высокие должности для него нашлись и при Саакашвили, которому для достижения президентского кресла фактически пришлось переступить через политическую карьеру Шеварднадзе. В 2010 году Аласания уже был вторым на выборах мэра Тбилиси.

Аласания один из немногих, кому удалось сохранить хорошие партнёрские отношения не только внутри команды Саакашвили, но и с его политическими оппонентами. В Европе и за океаном рейтинги молодого и перспективного политика также всегда были достаточно высокими.

Поэтому появление в команде нового правящего премьера Грузии Бидзины Иванишвили нового министра обороны в ранге вице-премьера ни у кого не вызвало большого удивления. Одарённые госаппаратчики способны успешно конкурировать за высокие государственные посты в рамках любой политической системы. Спустя почти три месяца Аласания остался просто министром обороны, безо всяких приставок, но при этом не особо скрывая свои нереализованные политические амбиции.

Причина понижения в статусе официально была озвучена как результат противоречий, возникших между Иванишвили и Аласания по вопросу предстоящих президентских выборов. Вероятно, чрезмерная уверенность Аласания в безальтернативности своей кандидатуры и неоднократное озвучивание им своих президентских амбиций на публике насторожили премьера-министра. Реакция последовала быстро. Фирменный стиль Иванишвили — принимать решения единолично, без широкого их обсуждения среди команды, — начал проявляться с самого начала его появления на посту премьера.

Примерно таким же образом был определён и единый кандидат от «Грузинской мечты» на пост президента Грузии. При этом специально было подчёркнуто, что кандидатура Аласания в качестве альтернативы даже не рассматривалась.

Повышение политической активности некоторых членов действующего правительства Грузии трудно расценить иначе, как подготовку к их личному участию в предстоящих президентских выборах.

Один только Аласания за последнее время «отметился» в СМИ по ряду резонансных вопросов: деятельность грузинского контингента в Афганистане, переговоры с руководством миротворческой операции об изменении районов его дислокации, резкие выпады в адрес Саакашвили, по вине которого якобы этот теракт и произошёл, твёрдые заявления в неизменности курса Грузии на интеграцию в НАТО и, наконец, непонятные заявления о готовности грузинской армии к любым сценариям развития ситуации на абхазском и югоосетинском направлениях.

В совокупности все уже сказанное вполне тянет на неплохую предвыборную платформу кандидата в президенты.

Понимание внутриполитических процессов, происходящих сегодня в Грузии, невозможно без их преломления сквозь призму предстоящих выборов. Особенно если речь идёт о таких опытных политиках, как Аласания. Тем более что утверждённому Иванишвили кандидату — министру образования и науки Георгию Маргвелашвили явно не хватает харизматичности. На Кавказе политику недостаточно быть просто хорошим человеком: для успешного нахождения на вершине власти нужны и определённые личные волевые качества (если, конечно, речь не идёт о подборе удобного дополнения к формируемому политическому тандему).

Авторитет действующего премьера пока ещё высок, но даже этот фактор не может исключить перспективу политической борьбы за голоса избирателей, в которой Маргвелашвили придётся столкнуться с более опытными в политике кандидатами. Возможно, с тем же Ираклием Аласания.

OSTKRAFT