Домой Азербайджан Дербент — не Грозный. А Гейдар Алиев — не Владимир Путин

Дербент — не Грозный. А Гейдар Алиев — не Владимир Путин

326
0

timthumb.phpИстория с переименованием в Дербенте улицы Советской в улицу Гейдара Алиева перестает быть фарсом и стремительно превращается в трагедию. В Дагестане и по всей остальной России в среде дагестанских народов зреет осознание чудовищности этого шага со стороны дербентских властей.

Какими только эпитетами уже не описано это решение, за которым проглядывают длинные уши бакинских властей – и идеологическая экспансия, и культурная оккупация, и целенаправленное искажение этнического ландшафта региона и т.д.

Однако я хотел бы обратить внимание на два аспекта, которые еще не прозвучали в этой полемике. Они касаются причин, по которым те или иные руководители принимают политические решения о переименовании улиц или об установке памятников.

Первая причина связана с оккупационной политикой той или иной страны на завоеванных землях. Например, любой правитель или император прошлого, завоевав новые земли, давал вновь приобретенным городам и районам свои названия.

Так, после завоевания Египта Александром Македонским в дельте Нила появляется город Александрия. А после римского завоевания греческая колония на Босфоре Византий превращается в Константинополь.

В период завоевания Кавказа царскими войсками Гянджа превращается в Елизаветполь, на землях черкесов появляется Екатеринодар, а на Каспии – Порт-Петровск, в честь Персидского похода Петра Первого.

Подобная политика служила культурно-политическому закреплению новых властей на завоеванных землях. Тем же целям служила и установка памятников в честь завоевателей на вновь присоединенных землях. Причем это делалось, несмотря на ненависть и сопротивление этим памятникам со стороны местного населения.

Ярким примером тому служат ненавистные сердцам черкесов и чеченцев памятники палачам кавказских горцев – генералу Зассу в Армавире и генералу Ермолову в Грозном. Народ против них протестовал, требовал демонтировать. Но власти были непоколебимы.
Убежден, что со стороны Баку продавливание решения о переименовании улицы Советская в Дербенте в улицу имени Гейдара Алиева является именно проведением этой политики. Политики по культурно-политическому закреплению в том городе, который они считают своим.

Причем это решение будет продавливаться и утверждаться, несмотря ни на какие протесты местных жителей, чьи сердца столь же не примелют этот персонаж, сколь чеченцы – генерала Ермолова, а черкесы – генерала Засса.

Но почему же тогда городские власти Дербента пошли на такой заранее проигрышный для себя шаг, крайне непопулярный в народе и вызвавший волну негодования и протеста в общественной среде?

Этот вопрос отсылает нас ко второй причине, по которой правители, мэры или главы регионов принимают решения о переименованиях. Это желание показать свою культурную принадлежность, предельную лояльность и политическую преданность тем или иным политическим лидерам.

К примеру, в период возвышения татаро-монгольских правителей над Русью князь Василий в знак своей политической лояльности пожаловал целый город — Низовой Городец татарскому хану Касиму. С тех пор на рязанской земле стоит город Касимов.

Из нашей с вами современности стоит вспомнить переименование в Грозном проспекта Победы в честь президента Российской Федерации в проспект имени Владимира Путина. Со стороны послевоенного чеченского руководства это был очень символичный шаг.
Шаг, подчеркивающий окончательное возвращение Чечни в состав России, политическую ориентацию Грозного на Москву и благодарность чеченского руководства президенту страны, покончившему с войной на этой многострадальной земле.

Разве не таким же самым шагом выглядит и решение дербентских властей переименовать центральную улицу своего города в честь «великого вождя азербайджанского народа»? А раз так, то самым удивительным в этой ситуации выглядит не само решение дербентского руководства об этом переименовании.

Самым удивительным в этой истории является то, что власти приграничного с Азербайджаном города в открытую заявили всему миру о своей политической лояльности и ориентации на власти другого государства.

Быть может, дербентские власти узнали вдруг, что Баку существенно обошел Москву в количестве ядерных боеголовок или по своим золото-валютным резервам? Иначе как объяснить такую поспешность, с которой власти Дербента провели это решение, обойдя все общественные слушания, вызвав такую волну народного протеста и наплевав на мнение Москвы?

Руслан КУРБАНОВ, вице-президент ФЛНКА