МОСКВА — АНКАРА: НОВЫЕ ПРОТИВОРЕЧИЯ?

424

В ходе декабрьского визита президента России в Турцию в повестке дня доминировали иерусалимская тема, а также вопросы приобретения Анкарой комплексов С-400 и энергетического сотрудничества двух стран. В то же время в ходе переговоров присутствовала и сирийская тема, и примечательно, что встреча Эрдогана и Путина прошла на фоне очередного сдвига в системе альянсов в рамках сирийского конфликта.

МОСКВА - АНКАРА: НОВЫЕ ПРОТИВОРЕЧИЯ?

СДВИГ ЭТОТ СВЯЗАН С ТРАДИЦИОННО НЕПРОСТОЙ ДЛЯ ОТНОШЕНИЙ Турции с Западом и Россией курдской темой. Непосредственно до встречи двух президентов в курсе США по курдской теме наметился важный разворот – в ноябре по итогам телефонной беседы президентов США и Турции глава МИД Турции Мевлют Чавушоглу сообщил, что Дональд Трамп пообещал Эрдогану полностью прекратить переброску оружия курдским отрядам в Сирии.

Позднее министр обороны США Джеймс Мэттис фактически подтвердил пересмотр американской политики, заявив, что Соединенные Штаты прекратят переброску оружия курдским отрядам из Сил демократической Сирии (СДС), поскольку коалиция останавливает наступательные операции и эта поддержка уже не является необходимой.

В целом заверения Вашингтона о прекращении помощи сирийским курдам являются попыткой США воздействовать на внешнеполитический курс Турции и помешать ее продолжающемуся дрейфу в направлении Москвы и Тегерана. Пока трудно сказать, насколько эффективными в этом отношении окажутся действия Вашингтона, тем более что непосредственно после отмеченных заявлений администрация Трампа спровоцировала кризис вокруг Иерусалима, в свою очередь вызвавший новую вспышку антиамериканской риторики со стороны Анкары.

Тем не менее отказ США от помощи курдам уже вызвал сдвиги в позиции самих курдских сил, которые, похоже, от конкуренции с сирийской армией и российскими силами на севере Сирии постепенно переходят к взаимодействию с ними. При этом данные шаги были предприняты на фоне активизировавшихся после упомянутого телефонного разговора Трампа с Эрдоганом заявлений Анкары о подготовке операции против курдского района Африн.

В ЧАСТНОСТИ, СОПРЕДСЕДАТЕЛЬ СОВЕТА СДС РИЯД ДАРАР ЗАЯВИЛ, что вооруженные формирования коалиции СДС станут в будущем частью сирийских войск. Он отметил, что достижение политического урегулирования в Сирии позволит отрядам СДС влиться в состав армии республики, которая будет снабжать их оружием. «Если мы придем к единому сирийскому государству с федеральным устройством, никакой необходимости в сохранении СДС не будет», — заявил Дарар.

Также в начале декабря СДС объявили об освобождении от группировки ИГ восточных пригородов Дейр-эз-Зора, отметив что СДС смогли разбить ИГ на восточных берегах Евфрата при поддержке международной коалиции и России. Позднее Минобороны РФ подтвердило поддержку наступления курдов восточнее Евфрата, сообщив, что в интересах поддержки наступления отрядов народного ополчения восточных племен Евфрата и курдских отрядов самообороны российской авиацией выполнено 672 боевых вылета. Также сообщается, что военные советники РФ и представители восточных племен Евфрата вошли в состав объединенного штаба, который управляет операциями против ИГ.

Данный разворот в системе альянсов в Сирии может непосредственно сказаться на российско-турецком взаимодействии в рамках конфликта, угрожая потенциальным осложнением отношений Москвы и Анкары. До сих пор альянс сирийских курдов и США усложнял контакты между курдским движением и Москвой. Однако в случае если США действительно откажутся от блока с курдами, то последние могут попробовать переориентироваться на взаимодействие с Москвой и Дамаском, что неизбежно, как уже отмечалось, негативно повлияет на турецко-российские отношения.

Ранее Москва уже подвергалась давлению Анкары в вопросе приглашения курдов на инициируемый Москвой Конгресс национального диалога Сирии, против чего резко выступала турецкая сторона. При этом еще одним фактором, который может отрицательно сказаться на турецко-российском блоке в Сирии, не исключено, станет и планируемое, по некоторым данным, расширение активности сирийской армии в районе провинции Идлиб, рассматриваемой Анкарой собственной сферой влияния.

ВСЕ ЭТО СТАВИТ МОСКВУ ПЕРЕД СЛОЖНЫМ ВЫБОРОМ, ТАК КАК ВОВЛЕЧЕНИЕ курдов критически важно для успешного достижения политического урегулирования конфликта в Сирии и стабилизации ситуации под контролем официального Дамаска. В то же время это чревато новыми разногласиями с Турцией, которая в свою очередь не менее важна для урегулирования, так как контролирует ключевые сирийские оппозиционные группировки. При этом само участие Турции в трехстороннем формате с Россией и Ираном по Сирии мотивировано не в последнюю очередь стремлением Анкары использовать данную тройку для сдерживания и нейтрализации курдского движения в Сирии.

В то же время отмеченные потенциальные противоречия пока не проявляются открыто, и в целом разногласия по курдам в Сирии между партнерами носят довольно сдержанный характер, что отражает в том числе стремление Москвы и Анкары сохранить взаимодействие с учетом сложных отношений двух стран с Западом. Однако данная нацеленность на партнерство не исключает того, что сирийский конфликт и в дальнейшем продолжит оставаться источником перегрузок для сотрудничества Турции и России.

Давид АРУТЮНОВ