19 Июль, 2016 6:12

Из Киото в Нью-Йорк. Аутентичный японский театр Но на фестивале Линкольн-центра. ФОТО

Из Киото в Нью-Йорк. Аутентичный японский театр Но на фестивале Линкольн-центра. ФОТО

Фестиваль Линкольн-центра знакомит нас с культурой Страны восходящего солнца, буквально, не покладая рук. С начала текущего тысячелетия фестиваль перенес три «нашествия» театра Кабуки Накамура-за ( в 2004-ом,  в 2007-ом,  и в 2014-ом годах) и три постановки Юкио Нинагавы (в 2005-ом,  в 2010-ом,  и в 2015-ом годах). Гастроли современных театров я даже не считаю. 

Из Киото в Нью-Йорк. Аутентичный японский театр Но на фестивале Линкольн-центра. ФОТО
Сцена из спектакля «Окина» в постановке японского театра Но Кандзэ Кайкан. Фото Марины Левицкой (Marina Levitskaya).

В первый свой приезд Нинагава привез сдвоенный спектакль «Современных пьес Но» Юкио Мисимы, и мы решили было, что с этим жанром мы тоже уже знакомы. Как бы не так.  В этом году нам, наконец, привозят аутентичный Но, чтобы мы окончательно разобрались, кто есть кто. 

«Семейное предприятие» Накамура-за хранит традиции Кабуки вот уже почти четыре столетия. Сегодня им управляет девятнадцатое поколение Накамура. Согласитесь, срок неслабый. Театров, непрерывно действующих так долго в мире – раз-два и обчелся. Солидно и уважаемо.

Однако киотский театр Но Кандзэ Кайкан почти на три века старше. Им руководит прямой потомок основателя жанра Но в двадцать шестом поколении Гранд-Мастер Киёказу Кандзэ. Рядом с ними Накамура-за – младенцы, только постигающие азы культуры.

Театр Но появился в XIV веке, вобрав в себя сразу несколько жанров, существовавших в то время в Японии. В частности, он включал в себя элементы ритуальных танцев и народных акробатических представлений. Кроме этого, на становление театра Но повлияла китайская опера, а также традиционные японские народные сказания и легенды. Как и Кабуки, он появился в качестве развлечения для простонародья, но быстро завоевал популярность среди японской знати. 

Может показаться, что главной отличительной особенностью театра Но являются маски, в которых актеры играют пьесы. Маски в театре Но действительно играют важную роль –  они несут двоякую функцию: с одной стороны, олицетворяя персонажа, с другой  –  маски передают те или иные эмоции и внутренние переживания героев, как в древнегреческих драмах.  Однако, не меньшую роль в постановках театра играют веера. Они заменяют собой весь необходимый реквизит, при необходимости превращаясь то в меч, то в курительную трубку, то в бутылку сакэ. 

Из Киото в Нью-Йорк. Аутентичный японский театр Но на фестивале Линкольн-центра. ФОТО

Из Киото в Нью-Йорк. Аутентичный японский театр Но на фестивале Линкольн-центра. ФОТО

Из Киото в Нью-Йорк. Аутентичный японский театр Но на фестивале Линкольн-центра. ФОТО
Сцены из спектакля «Окина» в постановке японского театра Но Кандзэ Кайкан. Фото Марины Левицкой (Marina Levitskaya).

Вообще театр Но построен на демонстрации скрытых смыслов и внутренних состояний персонажей. Декорации, чаще всего, скудные или отсутствуют вообще, а лаконичность и символизм актерских жестов призваны разбудить воображение зрителя. В этом актерам обычно помогают певцы на заднем плане.

Несмотря на то, что для непосвященных зрителей Кабуки и Но кажутся «родственниками», два этих жанра японского театрального искусства довольно сильно отличаются друг от друга.  

Допустим, Кабуки, который так же как и Но, считается строго классическим театром с многовековыми устоями и традициями, по сути является настоящим всенародный семейным театром. Сюда приходят с детьми и друзьями на целый день. По ходу многочасового действия зрители по несколько раз выходят из зала, чтобы поесть, выпить или освежиться, а кто-то на представлении этого театра спит без зазрения совести. Правда, сами актеры утверждают, что от сна их удерживает лишь невозможность уснуть в громоздких костюмах и масках.

Из Киото в Нью-Йорк. Аутентичный японский театр Но на фестивале Линкольн-центра. ФОТО

Из Киото в Нью-Йорк. Аутентичный японский театр Но на фестивале Линкольн-центра. ФОТО

Из Киото в Нью-Йорк. Аутентичный японский театр Но на фестивале Линкольн-центра. ФОТО
Сцены из спектакля «Окина» в постановке японского театра Но Кандзэ Кайкан. Фото Марины Левицкой (Marina Levitskaya).

Кроме того, главная традиция Кабуки заключается именно в постоянном поиске новых форм. Так что театр этот совершенно современный, и у зрителей уже была возможность в этом убедиться. Например, в первый приезд театра в заключительной сцене боя, в момент апогея адреналина в крови из неожиданно распахнувшегося задника сцены открылся вид на Амстердам Авеню. На сцену, не нарушая гармонии спектакля, ворвалось целое подразделение нью-йоркской полиции, доведя аудиторию до экстаза. Трудно себе представить, как поступил бы, рядовой самурай, став свидетелем такого действа. 

Что касается театра Но, то здесь старинные традиции неприкасаемы.  Первые пьесы Но, собственно, пьесами не являлись. Это были театрализованные синтоистские храмовые церемонии. Пример тому – «Окина», открывающая программу гастролей. Позднее сюжет в пьесах появился, но развития так и не получил. В них отсутствует фундамент драматического действия – конфликт. Это, однако, усиливает гипнотический эффект жанра Но. 

Поклонники театра Но интересует в представлении не драматизм, а грация и благородство движений, передающих чувственность душевных порывов. 

Из Киото в Нью-Йорк. Аутентичный японский театр Но на фестивале Линкольн-центра. ФОТО

Из Киото в Нью-Йорк. Аутентичный японский театр Но на фестивале Линкольн-центра. ФОТО

Из Киото в Нью-Йорк. Аутентичный японский театр Но на фестивале Линкольн-центра. ФОТО
Сцены из спектакля «Окина» в постановке японского театра Но Кандзэ Кайкан. Фото Марины Левицкой (Marina Levitskaya).

Многие пьесы заканчиваются танцем, совершенно необязательно связанным с сюжетом. Его ждут с особым трепетом, пробуждаясь к началу. В привезенной программе танец присутствует в постановках «Окина», в «Хагоромо» (Платье из перьев) и в «Шакйо» (Каменный мост).

Всего программе пять пьес жанра Но и две интермедии в жанре Кайоген – «Буши» (Ненастоящий скульптор) и «Каки Ямабуши» (Похититель хурмы). В первой аферист пытается всучить крестьянину скульптуру Будды, а во второй – принявший аскезу проповедник, совершивший паломничество на гору, крадет плод хурмы из чужого сада, не в состоянии справиться с  элементарным чувством голода. Даже самые суровые самураи с трудом сдерживали приступы гомерического хохота, глядя на такой оксюморон.

При посещении театра Но очень рекомендуется просмотреть содержание пьес заранее. Это действенно помогает бодрствованию. В эпоху интернета отыскать краткое содержание, да и полный текст либретто совсем несложно. Зато у подкованного зрителя появляется реальная возможность, выйдя из зала Линкольн-центра, порассуждать о грациозности того или иного исполнителя.

Все театры Но похожи друг на друга: выстеленный кедровыми досками пол сцены, сориентированной на угол, четыре колонны поддерживают перекрытие, похожее на крышу синтоистского храма, на левой стене – сосна, символ долголетия, ну и мост хашигакари, ведущий главного героя в «зеркальную комнату» за сценой. А что еще, собственно, нужно для хорошего высокодуховного представления? И не так уж важно, что привезенная конструкция не полностью соответствует классической. Достаточно купить билеты в левую половину зала, и все будет почти, как у них дома.

Загрузка...
Loading...
��������...