16 Май, 2016 12:42

Бекарян: единственным гарантом договоренностей по Карабаху может быть только Степанакерт

Бекарян: единственным гарантом договоренностей по Карабаху может быть только Степанакерт

Апрельская агрессия Азербайджана против Карабаха создала новую ситуацию в регионе. Каким будет дальнейшее развитие событий, чего ждать от Баку? На эти и другие вопросы в интервью агентству "Новости-Армения" ответил депутат парламента, председатель общественной организации "Европейская интеграция" Карен Бекарян.

– С учетом апрельской агрессии и постоянной стрельбы на линии соприкосновения, считаете ли вы возможным достижение каких-либо результатов путем политических переговоров?

– Наивно полагать, что в нынешней ситуации политический компонент переговоров может привести к положительным результатам. Если не реализована договоренность о прекращении огня, то в таких условиях невозможно говорить о политическом решении. Даже апрельские устные договоренности на уровне Генштабов в Москве не действуют, так что в таких условиях говорить о возможности достижения каких-либо результатов или перелома ситуации посредством политических переговоров не вполне естественно.

– Означает ли это, что дальнейший процесс на основе имеющихся принципов невозможен и сторонам необходимо искать новые пути решения?

– Здесь перекрещивается несколько вопросов. Во-первых, если подойти к вопросу формально, то находящийся на столе переговоров документ все еще считается возможным для переговоров и обсуждений, пока он официально не изъят из обращения. На данный момент Мадридские принципы остаются основным документом на столе переговоров. Сопредседатели и стороны конфликта не говорят окончательного и однозначного "нет" данному документу, чтобы он вышел из обращения и посредники работали над поиском новых решений.

Если перейти от формального к более широкому контексту, то есть рассматривать параллельно проходящие процессы, то получается следующая ситуация: Мадридские принципы предполагают взаимные уступки. Подобный подход имеет право на существование, и он рассматривается как основной вариант при урегулировании любых конфликтов, однако только при условии отсутствия воинственной риторики с азербайджанской стороны, отказа от угроз и применения силы.

Следовательно, в такой ситуации, когда уступки не рассматриваются в качестве залога длительного и продолжительного мирного сосуществования, готовность идти на компромиссы воспринимается как проявление слабости, при том, что взаимные уступки достигаются осознанно, а не путем взаимных угроз.

Мадридские принципы, как таковые, представляют собой интересный подход по обеспечению возможности долгосрочного, стабильного и мирного решения, но для этого необходимо соответствующее понимание, которое полностью отсутствует, во всяком случае, на данный момент. Если к этому добавить и «четырехдневную войну», которая непосредственно связана с процессом, то в таких условиях очень усложняется вопрос урегулирования. Думаю, что без существенных и значительных изменений сейчас сложно говорить о каком-либо результате в переговорном процессе.

– Возможно ли продолжение переговоров без непосредственного участия Карабаха?

– Есть формальная сторона вопроса, а есть реальная политика. В формальном плане Азербайджан может снова выступать с демаршами против участия Карабаха в переговорах в качестве полноценной стороны. Хотя лично я считаю, что Степанакерт на данный момент является хоть и неполноценным, но участником процесса, поскольку сопредседатели периодически посещают Карабах, проводят встречи с его руководством. Поэтому в формальном плане Азербайджан может попробовать сохранить нынешнюю ситуацию, пообещав продолжить переговоры и подключив Карабах только на конечной стадии.

Но возникает вопрос – а кто будет гарантировать обеспечение реализации договоренностей, достигнутых без участия Карабаха? Армения или Азербайджан? Следовательно, остается вопрос продуктивности – получаются переговоры только во имя переговоров. Урегулирование конфликта без Степанакерта невозможно, поскольку даже если стороны придут к какому-либо решению, то без участия Карабаха никто не сможет гарантировать реализацию договоренностей с его стороны.

– Могут ли апрельские события привести к тому, что Карабах присоединится к переговорам на более ранней стадии?

– Как минимум, это логично. На данный момент действует странная логика – переговоры ведутся между Арменией и Азербайджаном, с каким-то минимальным привлечением Карабаха, а с какого-то этапа он станет участником переговоров. Однако агрессия осуществляется Азербайджаном непосредственно против Карабаха, который несет от этого потери. Подобный подход неверен, и после апрельской войны очень многие стали понимать невозможность нахождения Карабаха в составе Азербайджана. Возникает необходимость разработки новых подходов.

Сопредседатели заявляли, что Карабах присоединится к переговорам, но на конкретном этапе, после того, как будут согласованы определенные подходы. Но апрельская война показывает на необходимость непосредственного участия Степанакерта.

– Может ли это привести к пересмотру Мадридских или Казанских принципов?

– Затрудняюсь сказать, поскольку считаю, что в представлении сопредседателей Мадридские принципы еще не исчерпали себя. Однако есть другая сторона вопроса – на протяжении многих лет они периодически пытаются подтвердить приверженность сторон к Мадридским принципам и сохранению мира, но Азербайджан при этом продолжает придерживаться агрессивной воинственной позиции.

Я считаю, что не стоит акцентировать внимание на вопросе обновленных подходов, поскольку основой остается только та опубликованная часть Мадридских принципов, которые были приняты изначально.

– В контексте апрельской войны стали возникать проблемы во взаимоотношениях с Россией, как вы считаете, это может привести к разладу армяно-российских союзнических отношений?

– Прежде всего, я считаю, что ситуация заметно преувеличена и служит определенным интересам, причем, не российским и не армянским. Думаю, что это больше политические игры. Следует объяснить нашим российским партнерам, что демократия в Армении значительно отличается от ситуации в других стран СНГ или ЕАЭС. Мы достигли высокого уровня свободы слова и оценивать ее по другим странам, как минимум, не корректно. Они (СМИ. - Ред.) никогда не контролируются властями и не обязательно выражают позицию властей, имеют возможность выступить с критикой, это необходимо учитывать, чтобы не делать некорректных умозаключений.

Естественно, ситуация не могла не вызвать общественное недовольство. В том числе по избитому вопросу о продаже российского оружия Азербайджану. Можно считать приемлемым подход, что если кто-то не продает оружие, то его можно купить у другого. Однако, дело в том, что продавец и покупатель воспринимают ситуацию абсолютно с противоположных позиций. Продажа оружия для России - это бизнес-проект, но для Азербайджана покупка оружия у России имеет свой подтекст, хоть он не озвучивается. В Баку считают, что, приобретая оружие у посредника - стратегического партнера Армении, он получает добро на его применение. Думаю, что именно в таком контексте необходимо обсудить вопрос с российской стороной.

Есть и другой фактор – армянский народ не только верит в силу, возможность России, но и всегда видел в ней своего друга и партнера. Всегда при возникновении угроз в адрес России переживал это как свою собственную беду. Армянское общество не может понять, почему Азербайджан, перейдя в данном случае за все допустимые рамки, не получил должного порицания не только от сопредседателей, но и конкретно от России. Если у армянского общества есть определенные ожидания от всех трех сопредседателей, то от России они немного больше. И это не эмоциональный всплеск, а вполне серьезный вопрос, поскольку Азербайджан нарушил договоренности 1994-1995 гг., гарантом которых выступают не сопредседатели, а конкретно Россия, следовательно, и ожидания от нее выше.

" – Какие шаги необходимо осуществить, чтобы восстановить меры доверия между Арменией и Россией?

– Не вижу тут проблемы восстановления доверия. Апрельская война была звонком для отрезвления, позволила посмотреть на все свежим взглядом, с новых позиций. Союзнические отношения есть и будут развиваться и далее. Но есть другой вопрос, скорее, касающийся ответственных лиц, которые должны четко провести «красные линии», внести ясность. Армения не та страна, которая может игнорировать национальные или государственные интересы России, но такой же подход ожидается и от России.

Загрузка...
Loading...
��������...