24 Март, 2016 16:52

В Европе развернули «поп-джихад»: как остановить молодых «исламистов»?

2739040

Утром, 22 марта 2016 года, в час пик, два смертника взорвали себя в брюссельском аэропорту. Погибли 14 человек, ранены 92. Следом взрыв прогремел на станции «Мальбек», что рядом со штаб-квартирами учреждений Евросоюза. Погибли 20 человек, ранено 106. Армия взяла под охрану стратегические объекты. Из парламента, Еврокомиссии, вокзалов и других общественных зданий весь день шла эвакуация. В школах и детских садах детей оставили до вечера. Король и королева покинули столицу. Люди не понимали, что происходит, а власти просили их не покидать дома. Столица объединенной Европы погрузилась в шок и панику. А в соцсетях джихадисты нагнетали ситуацию тем, что делились данными якобы о том, что по улицам Брюсселя разгуливают еще несколько начиненных взрывчаткой шахидов.

Вечером ответственность за теракты взяло на себя запрещенное в России «Исламское государство» (ДАИШ, ИГИЛ) и местная полиция опубликовала снимки трех подозреваемых во взрыве в аэропорту, сделанные с камеры видеонаблюдения. Двое из них подорвались, третьего ищут. Его, как сообщает Лента.ру, идентифицировали как Наджима Лаахрауи. Он является «соратником» организатора парижских терактов, выходца из Марокко Салаха Абдеслама. Его задержали в печально знаменитой брюссельской коммуне Моленбек, а вот Наджиму Лаахрауи из другого полицейского захвата в Брюсселе удалось бежать. Его личность, как, впрочем, и всех остальных «собратьев», дает представление о том, что сейчас цивилизованный мир столкнулся совсем с другими джихадистами, чем еще лет пять назад.

Инженер-возвращенец из Сирии

Наджим Лаахрауи — 24-летний гражданин Бельгии, ездил в Сирию в феврале 2013 года. Его личность, как пишет Newsweek, бельгийские власти определили позавчера по ДНК, найденной в домах, где проводились обыски после парижских терактов. Еще террорист известен под именем Соуфин Кайял. Вместе с Абдесламом его видели, когда останавливали для проверки на границе Венгрии и Австрии в сентябре 2015 года.

Как сообщает The New York Times со ссылкой на официальные источники, Наджим Лаахрауи учился на инженера по электромеханике в брюссельской школе Шаарбек. Эта информация показывает, что экстремист не только хорошо знал город, но и находился в нем с конца 2015 года.

Абдеслам и Лаахрауи — лишь двое из полутора тысяч молодых граждан Бельгии, кто отправился на «джихад». В этой стране самая высокая концентрация вернувшихся. И нынешние террористы ИГИЛ из Бельгии уже не похожи даже на своих земляков, которые терроризировали Европу 10 лет назад.

В Европе развернули «поп-джихад»

Они — совсем не такие, как члены «Аль-Каиды» прежних времен. Большинство из нынешних убийц были детьми, когда в 2001 году рухнул Всемирный торговый центр, и большую часть жизни наблюдали войну в Афганистане, Сирии и Ираке по телевизору. Их знание ислама ограничено. Они больше похожи на джихадистских хипстеров, чем фанатиков. Некоторые эксперты называют их «крутыми джихади», а их стиль жизни — «поп-джихадом».

Как пишет Newsweek, эта молодежь собирается в группы — такие как «Шариат для Бельгии», и они знают об Усаме бен Ладене меньше, чем о рэпере Тупаке Шакуре. Бельгийцы, которые ездили на войну за ИГИЛ, часто почитают американского рэпера в соцсетях, идентифицируя себя в его песнях о мрачной жизни в бедных городских кварталах. Однако есть у них и свой собственный рэп и даже соответствующая одежда в стиле хип-хоп, которую продают такие компании, как Urban Ummah (Городская Умма), и слоганы, которые можно увидеть на автомобильных наклейках — «Работай много, молись много». Их твиты часто заканчиваются хэштегами #Бородатаяжизнь и #Жизньвхиджабе. Из Сирии они отсылают друзьям фотографии, на которых их веки выкрашены, как это делают на Ближнем Востоке.

Другими словами, заключает Newsweek, это не мусульмане-интеллектуалы с длинной бородой и Кораном в руках. Назвать их джихадистами или радикальными исламистами — означает сделать им самый лучший комплимент. В иные времена их бы назвали неудачниками и нарциссистами, но они еще и убивают.

Новых бельгийских экстремистов легко спутать с джихадистами прошлого десятилетия. Убийство лидера Северного Альянса Ахмада Шаха Массуда, которое произошло в канун 11 сентября 2001 года, совершил человек, который замышлял его в Брюсселе. Бельгийская экстремистская ячейка была частью группы, которая совершила взрывы в мадридском метро в 2004 году. В следующем году бельгийка Муриэль Дежо взорвала себя в Ираке, став первой шахидкой с Запада. Однако экстремисты того поколения не имеют никаких связей с нынешними «крутыми джихади».

Эти исламисты с поверхностными знаниями ислама стали вызовом европейским странам, которые используют традиционные программы по рерадикализации мусульман. Сложно переобучить человека исламу, если он почти ничего о нем не знает. Показательной картинкой этому является история с 22-летними британцами, которые перед тем, как ехать в ИГИЛ, купили себе книги «Ислам для чайников» и «Коран для чайников».

Что втягивает этих молодых людей в жестокую культуру радикального ислама? Мы уже писали, что в своей вербовке ИГИЛ зачастую использует момент неудовлетворенности и нереализованности в жизни молодых людей, а «джихад» подается как романтическая возможность стать частью большого «революционного» движения и войти в историю. В последнем отчете Европола, как пишет Newsweek, говорится еще и о давлении сверстников на сверстников и стиле подражания Рэмбо.

Кроме того, проведя опросы европейских мусульман, которые вернулись из Сирии, местные спецслужбы пришли к выводу, что 20% из них страдали психическими расстройствами еще до того, как уехали в ИГИЛ.

Профессор Гентского университета Рик Кулсайет считает, что в Бельгии развитие субкультуры «крутых джихади» связано во многом с окружающим миром, в котором живут молодые люди. У них очень скромные шансы найти работу, но самые высокие показатели по самоубийствам и отчислениям из школ в Европейском cоюзе.

«Молодежь находится в депрессии и чувствует безнадежность», — уверен ученый. Поэтому неудивительно, что рациональное уступает эмоциям. Тем более среди молодежи из мусульманских семей, которые не могут и не хотят интегрироваться в жизнь европейских стран, где живут уже десятилетиями.
Молодежь живет маленькими группами зачастую без каких-либо целей, и именно среди них генерируется и распространяется идея «джихада», которая потом передается по цепочке, предполагают в частной аналитической компании The Soufan Group.

Таким образом, философия ИГИЛ среди европейских мусульман похожа на вирус и распространяется в таких бедных иммигрантских районах, как Моленбек в Брюсселе. Напомним, что Абдеслам вырос именно в этой коммуне. Спецслужбы хорошо об этом знают. Однако победить распространение заразы невероятно сложно, а бороться с маленькими автономными ячейками молодых людей без какой-либо централизации, как у «Аль-Каиды», еще труднее.

Последние данные европейской разведки пугают. За ИГИЛ уехали воевать более 5 тысяч молодых европейцев. Те, кто возвращается, получили знания в тактике терроризма и боевой опыт, а, для того чтобы иметь возможность совершить теракт, не так уж много и надо: оружие, самопальные бомбы и желание из неудачника превратиться в героя среди друзей и «соратников». После чего мир воскликнет «Это был ИГИЛ», а его лидеры могут совсем и не знать об этом.

Переломить новую реальность в ЕС вряд ли смогут в ближайшем будущем. Для этого необходимо интегрировать в общество уже давно обособленные мусульманские общины, которые появились в Европе не вчера и сами не хотят этого делать. А новые сотни тысяч беженцев только усугубляют ситуацию, делая Старый Свет кровавым заложником ближневосточной политики США.

 

Загрузка...
Loading...
��������...