11 Июнь, 2015 15:52

РЕЧЬ О СИСТЕМНОМ КРИЗИСЕ В ЭЛЕКТРОЭНЕРГЕТИКЕ,

- Г-н Марджанян, как вы прокомментируете бурную дискуссию в связи с заявкой "Электрических сетей Армении" на очередное повышение тарифа?

-
В среде, обсуждающей эту проблему, я бы выделил три группы. Первая –
использующая политическую демагогию с отчетливым геополитическим подтекстом,
политический популизм, имеющий целью снизить протестные настроения общества. Я
не говорю о самом негодовании населения и бизнеса по поводу повышения тарифа -
оно абсолютно понятно и обоснованно, хотя и перенаправлено в совершенно другое
русло. Не меньшее негодование вызвалa и неприемлемая форма организации самих
обсуждений, уровень звучащей аргументации - оскорбительный для профессинала,
самоустраненность структур, несущих ответственность именно в этой области.

Ко
второй группе относятся предложения людей, весьма далеких от энергетики. По их
мнению, для того, чтобы преодолеть возникшую ситуацию и обеспечить
энергетическое будущее Армении, необходимо: 1. приостановить продажу Воротанского каскада частной американской
компании; 2. построить новый
газотурбинный блок на Ереванской ТЭС; 3.
увеличить выработку Севан-Разданского каскада; 4. увеличить выработку малых ГЭС.

- Но ведь на днях сделка о продаже
Воротанского каскада была подписана?

-
Да, наконец это произошло. Кстати, подписание этого контракта именно в это
бурное для электроэнергетики Армении время не случайно. Но о Воротанском
каскаде мы еще поговорим и обсудим эти предложения. А сейчас вернемся к
основному вопросу.

Прозвучали
и конструктивные предложения. К ним относятся требования исключить
необоснованные затраты в структуре тарифа, или ввести обязательную компоненту
по аккумулированию средств для снижения потерь. Но я не понимаю, почему люди,
формулирующие эти требования сегодня, говорят об этом в тоне откровения? Это,
если угодно, очевидные требования. Странно, что о них вспомнили сейчас, а не в
начале 2000-х, когда формировалась нынешная структура электроэнергетического
рынка. Все эти требования были ясно сформулированы, а затем и неоднократно
повторены во многих десятках отчетов и итоговых документов, подготовленных
Мировым банком, Европейским банком реконструкции и развития и т.д., в рамках
проектов, выполненных в период с 1998 по 2006 гг. по заказу правительства
Армении! Но наиболее характерной особенностью реакции СМИ, общественных
организаций и ответственных структур на создавшуюся ситуацию, на мой взгляд,
является внимание к второстепенным, а то и вовсе надуманным деталям.

- Что вы имеете в виду?

-
Как известно, в обоснование необходимости повышения тарифа по сути вопроса были
озвучены лишь следующие факторы: 1.
простой ААЭС на более долгий срок, чем это предусматривалось; 2. маловодные годы, вследствии чего
снизилась гидрогенерация; 3.
повышение эксплуатационных и прочих издержек. В результате за прошедшие 4-5 лет
образовалось финансовое бремя, которое большинство недавних выступлений
оценивали в 38-44 млрд драмов Заявленное повышение тарифа на электроенергию - для
граждан оно должно было составить 17 драмов за кВтч, а составит вероятно 7-8 - должно
скомпенсировать в первую очередь именно эти потери. Однако в развернувшейся дискуссии
отсутствовала оценка влияния каждого из трех указанных факторов в образовании
финансовых потерь. Так вот, анализ доступных официальных данных показывает, что
в 2014 г. станции с высоким тарифом на генерацию - к ним относятся ЕрТЭС,
Разданская ТЭС и малые ГЭС, которые выработали на 1.84 млрд кВтч больше
электроэнаргии, чем в 2010 г. А станции с низким тарифом - это ААЭС, Севан-Разданский
и Воротанский каскады - выработали на 641 млн кВтч меньше. Суммарный
генерационный дисбаланс за это время составил 2.48 млрд кВтч. Причем суммарная
недовыработка двух каскадов и ААЭС ответственна только за 26% генерационного
дисбаланса, а остальныe 74% образовались из-за увеличения генерации на TЭС,
использующих природный газ. Это ЕрТЭС, Разданская ТЭС и ее 5-й блок.

- И как все это выглядит по деньгам?

-
Общее финансовое бремя, обусловленное генерационным дисбалансом за период 2010-2014
гг., составило 45 млрд драмов, или $110.4 млн, если использовать официальный
годовой обменный курс, усредненый за это период. На 95% - 42.6 млрд драмов он
образован из-за возросшей выработки на газе, и только на 5% - от недовыработки
станций с низким тарифом на генерацию.

- Что это означает?

-
Это означает, во-первых, что только два фактора из приведенных выше -
генерационный дисбаланс - арифметически вполне достаточны для обяснения
финансового бремени в 44 млрд АМД. Во- вторых, мы здесь не рассматривали 3-й
аргумент, касающийся возросших эксплуатационных издержек, включая потери, а это
означает оценку влияния на тарифообразование реального темпа инфляции и
искуственно подержания дорогого драма. В-третьих, мы не рассматривали нужды
модернизации и развития генерирующих мощностей Армении. А все вместе это и
означает упомянутый нами системный кризис в электоэнергетике Армении.

Называя
вещи своими именами, мы действительно сегодня имеем дело с системным кризисом в
электроэнергетике, в экономике, и в первую очередь в тех областях, где
требуется сценарный анализ, умение моделировать динамику будущих событий,
вырабатывать опимальные пути развития и претворять их в жизнь в течение долгих
лет.

- Поясните, пожалуйста, эту мысль на
конкретных примерах.

-
Ну например, даже беглый анализ данных показывает, что за историю Третьей республики
в Армении маловодные годы случались в два раза чаще, чем полноводные. Разве
сложно было учесть это при составлении прогнозных генерационных балансов? И
почему в течение 1998-2001 гг., в четыре раза более засушливых, чем 2011-2014 гг.,
падение гидрогенерации в Армении не было столь ощутимым?

Или
разве не было очевидно с самого начала, что кВтч электроэнергии, выработанной
на газе, будет в разы дороже, чем кВтч ААЭС, Севан-Разданского или Воротанского
каскадов? Все эти оценки можно было выработать уже в начале 2000-х, и они были выработаны,
а главное - использовать их для сценарного моделирования и прогноза тенденций.
А по результатам следовало посмотреть, к чему приведет ставка на газ как
электроэнергетику Армении, так и ее население.

Наконец,
неужели так сложно было подсчитать, что в 2003-2006 гг. усредненный официальный
обменный курс драма к доллару был выше, чем средний системный тариф в 2.5-3
раза? В 2003 г. средний курс составлял 5.79 драма за цент доллара, а средний
системный тариф был всего 1.69 центов за вырабoтанный кВт.ч энергии и кВт
мощности. Это создавало вполне комфортную ситуацию и для населения, и для
бизнеса, и для электроэнергетики. А вот в 2014 г. картина уже диаметрально
иная: курс составил 4.5 драма за цент, а среднний системный тариф 5.4 драма за
кВт.ч энергии и кВт мощности. Несложно показать, что для поддержания
приемлемого уровня развития электроэнергетики и всей экономики доллар сегодня
должен был стоить 850-900 драма! А мы удивляемся - почему возросли
эксплуатационные издержки и потерии в сетях? А что они должны были делать?!
Если реальная жизнь дорожает, а уровень реального дохода населения и бизнеса
падает? Не поощряются ни рост производительности труда, ни энергоэффективность,
ни щепитильность в образовании доходов юридических и физических лиц? В
экономике, как и в физике, действуют неумолимые законы сохранения. Если вы
считаете, что один доллар США стоит 450 драмов, что минимальная зарплата
гражданина Армении в драмах должна быть равна затратам его семьи на газ, свет и
воду и ее должно хватать только на это, нет никаких оснований удивляться тому,
что потери в сетях держатся на уровне в 14-15%.

- Каковы, на ваш взгляд, пути
преодоления создавшейся ситуации?

-
Во первых, надо признать, что в сложившейся экономической и генерационной
конфигурации для того, чтобы тариф на электричество был приемлемым для
экономики и населения страны, доля генерации станций с низким тарифом в
структуре годового баланса не должна быть ниже 70%, а средний системный тариф
не должен быть дороже обменного курса драма к доллару.

Во-вторых,
необходимо осознать, что на протяжении последних двух десятилетий Армения имела
электроэнергию по приемлемой цене только благодаря Воротанскому и
Севан-Разданскому каскадам и отчасти ААЭС. Что мы сделали для того, чтобы не
просто промотать это наследие, но передать нашим детям хотя бы нечто подобное?!
Чтобы и у них была электроэнергия по приемлемой цене? Почему до сих пор не
построен Дебедский каскад? Ведь его проект был завершен еще в 1970 г. А потом
обновлялся в 2004, 2007 и 2011 гг.! Почему не построено Арманистское
водохранилище? Ведь по своему значению оно аналогично Спандарянскому
водохранилищу, превратившему Воротанский каскад в жемчужину Армянской
электроэнергетики! И почему не расматривается вопрос о 4-й и последующих ступеней
самого Воротанского каскада? Ведь армянские гидроэнергетики проектировали их
еще в 1953 г.! Правда, тогда это была территория Азербайджанской ССР. Или мы
считаем, что Карабах не наш?

Время легких решений, к
сожалению, упущено. Если мы хотим иметь электроэнергию по приемлемой цене, а
главное - хотим, чтобы ею пользовались и наши дети, то самым важным следует
признать следующее требование: Дебедский каскад с Арманистским водохранилищем
должен быть построен в ближашие 5-7 лет. Не второй газотурбинный блок ЕрТЭС, не
повышение производительности Севан-Разданского каскада или что-либо столь же
неверное. А именно Дебедский каскад - с водохронилищем многолетнего
регулирования. Это, если угодно, категорический императив электроэнергетики
Армении.

Загрузка...
Loading...
��������...