24 Май, 2015 2:08

‘ПОВЫШЕНИЕ ЭНЕРГОТАРИФОВ СКАЖЕТСЯ КРАЙНЕ НЕГАТИВНО НА КОНКУРЕНТОСПОСОБНОСТИ АРМЯНСКОЙ ПРОДУКЦИИ’, —

- Г-н Сафарян, всех
нас волнует вопрос возможного существенного подорожания электроэнергии – до
58,93 драма за 1 кВт/ч. Как отразится подобное подорожание на экономике Армении,
если оно будет иметь место?

- Все очень просто. 58,93 драма за 1 кВт/ч – это 12
центов. Давайте сравним этот тариф с тарифами на электроэнергию в других
странах ЕАЭС. В России сегодня тариф составляет 5,4 цента за 1 кВт/ч, в
Казахстане - 5,6 цента, в Беларуси - 6,4 цента. То есть наш тариф оказывается
вдвое (и даже более чем вдвое) выше по сравнению с теми странами, с которыми мы
собираемся пребывать в едином экономическом союзе. И, естественно, повышение
энерготарифов скажется крайне негативно на конкурентоспособности армянской
продукции на рынках ЕЭАС. Наш товарооборот с Россией уже и так резко сократился
на фоне обесценивания российского рубля по отношению к доллару. Если прибавить
к текущей ситуации подорожание электроэнергии, то можно с уверенностью сказать,
что проблема реализации армянских товаров обретет для наших производителей
исключительную актуальность. И решить эту проблему будет крайне сложно.

- Что следовало
сделать, чтобы сегодня не стать перед необходимостью повышения энерготарифов?

- Увы, сегодня, впрочем, как и всегда, мы идем по пути
реагирования постфактум. Вместо того чтобы опережать возможные события, мы в
очередной раз констатируем факты. В данном случае речь идет о тяжелом
финансовом положении энергосферы, долгах ЭСА, непомерном проценте потерь в
энергосистеме и т.д. Можно ли было избежать такой ситуации на грани фола?
Безусловно. Один из шагов, которые следовало предпринять еще 2-3 года назад, –
строительство второго энергоблока Ереванской ТЭЦ. Как известно, по договору с
Ираном мы получаем порядка 400 млн кубометров газа, а взамен даем 1,2 млрд
кВт/ч. Иранская сторона заинтересована в больших поставках электроэнергии, о
чем свидетельствует строительство Мэгринской ГЭС. То есть Иран нуждается в
электроэнергии. И у иранской стороны существует договор с Ереванской ТЭЦ до
2028 года: газ взамен на электроэнергию. При этом количество предоставляемой
нами электроэнергии не ограничивается. Сколько сможем дать – столько они
возьмут. Если бы мы построили второй энергоблок, то могли бы получать из Ирана
не 400 млн кубометров газа, а в три раза больше. За 3 кубометра газа мы бы
давали иранцам 9 кВт/ч электроэнергии. Работая по такой схеме, только за год
можно было предоставлять нашим распределительным элсетям практически по
символической цене порядка 1,8 млрд кВт/ч электроэнергии. А элсети в свою
очередь уже смогли бы регулировать свою ценовую политику и не поднимать цены. Все
это из серии "надо было сделать, но не сделали".

- Почему?

- Мне тоже хотелось бы понять - почему? Японцы предлагали
кредит в 400 млн долларов – на эти деньги вполне можно было осуществить
строительство второго энергоблока Ереванской ТЭЦ. Наше правительство от кредита
отказалось, мотивируя это тем, что внешний долг Армении и так велик. И подобный
кредит увеличит его еще больше – в итоге соотношение между ВВП и внешним долгом
приблизится к недопустимому, критическому пределу. Между тем японский кредит
был весьма выгодным. Он предоставлялся сроком на 40 лет. Первые 10 лет вовсе не
нужно было что-либо выплачивать, а в последующие 30 лет надо было платить
0,75%. Если бы тогда мы начали получать этот кредит, сегодня второй энергоблок
Ереванской ТЭЦ уже стал бы реальностью и ни о каком повышении энерготарифов не
было бы речи. Другой немаловажный момент: налицо факт серьезных организационных
проблем в энергосистеме. Потери электроэнергии в размере 12,5% свидетельствуют
об организационных, мягко говоря, непорядках.

- Воруют…

- Вот именно – воровство, махинации и т.д. Никак не может
быть потерь в таком количестве, если в организационном плане все поставлено
правильно. Ведь речь идет о потерях порядка 700 млн кВт/ч электроэнергии.
Хозяйство надо приводить в порядок – вот что надо делать. Сколько времени мы
уже слышим о необходимости внедрений, модернизации трансформаторных подстанций.
Ничего не было сделано или сделано слишком мало, чтобы получить качественные
изменения.

- Давайте вернемся
к вопросу о том, чем чревато подорожание электроэнергии в контексте наших
позиций на рынках ЕАЭС. Выходит, они не только не будут укрепляться, но и вовсе
обратятся в пыль...

- Что ж, армянские товары станут малоконкурентны со всеми
вытекающими последствиями. Сократится наш товарооборот – это очевидно. Если в
прошлом году мы продавали товаров на 1,5 млрд долларов, то эта цифра еще больше
сократится. И я говорю о серьезном ослаблении наших позиций не только на
российском рынке. Просто у нас готовая продукция реализуется в основном в
России, в Европу мы вывозим преимущественно сырье. При нынешних реалиях
говорить о том, что Армения когда-нибудь станет страной с развитой
промышленностью, не приходится. При той политике, которая ведется сегодня в
энергетической сфере, на это можно даже не надеяться. Еще один фактор, который
не может не беспокоить, – возможная продажа каскада воротанских ГЭС
американской компании. Кто может с уверенностью сказать, какую политику
собираются осуществлять новые собственники? А если они потребуют поднять цены,
чтобы побыстрее окупить свои 180 миллионов долларов? Опять поднимут цены на
электроэнергию? Нет продуктивного подхода к энергосистеме, понимаете? И это
проявляется во всем. Почему Мегринскую ГЭС должны строить иранцы? После
завершения строительства ГЭС (планируется, что это произойдет в 2017 году) в
течение 15 лет вся выработанная ею электроэнергия будет бесплатно поставляться
в Иран. И только по истечении этого срока Мегринская ГЭС перейдет под
управление Армении. Разве мы не могли
построить Мегринскую ГЭС своими силами и продавать ту же электроэнергию Ирану?
Вопросов множество…

Загрузка...
Loading...
��������...