Домой Обзор СМИ Все идет по плану: почему вторая стадия спецоперации ознаменовалась отступлением российской армии...

Все идет по плану: почему вторая стадия спецоперации ознаменовалась отступлением российской армии под Харьковом

120
0

Все идет по плану: почему вторая стадия спецоперации ознаменовалась отступлением российской армии под Харьковом

Что мешает нашим войскам добиться на Украине зримых обществу успехов.

Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков, комментируя 6 мая слова главы Белоруссии о том, что «спецоперация на Украине затянулась», заявил, что она «идет в полном соответствии с разработанным планом». В тот же день стало известно о том, что российские части оставили ряд населенных пунктов севернее Харькова, фактически, открыв для ВСУ доступ к границам Белгородской области. Сложно представить, что именно это планировали наши стратеги в преддверии 9 мая: ведь теперь украинская армия имеет возможность не только войти на нашу территорию, но и нанести удар с помощью американских ракет или вертолетов даже по Москве. Что же мешает нашей армии добиваться зримых российскому обществу успехов?

Лебедь, рак и щука

Важнейшая для России проблема – это отсутствие эффективных коммуникаций между социальными группами, ведомствами и различными подразделениями. Каждая часть общества, армии, силовых и государственных структур, как и до начала спецоперации, решает, в первую очередь, свои собственные, узкопрофильные задачи. В то время, как боевые действия требуют слаженной работы на общие для России цели.

Примеры этого всплывают ежедневно. С первых дней спецоперации стало ясно, что в войсках остро не хватает качественных бронежилетов, небольших квадрокоптеров, позволяющих пехоте проводить дистанционную разведку, а наводчикам – корректировать огонь артиллерии. Не хватает прицелов, тепловизоров и другого современного оборудования. И самое плохое в этой ситуации то, что когда энтузиасты пытаются исправить положение дел, закупают на собранные россиянами средства необходимую технику, на пути ее доставки неожиданно встают сотрудники подразделений таможни, решившие максимально жестко реализовать данные им права.

То есть, одна часть государства в лице чиновников Минобороны допустила ошибку в вопросах оснащения воинских частей. А другая – в лице таможни – всеми силами не дает эту ошибку исправить тем, кто готов это делать за собственные средства.

Все идет по плану: почему вторая стадия спецоперации ознаменовалась отступлением российской армии под ХарьковомСербский снайпер Деян Берич.

Ряд телеграм-каналов и СМИ неоднократно писал о сложившейся ситуации, но ничего не менялось. В итоге, сербский снайпер Деян Берич обратился к президенту Путину и российским чиновникам с просьбой разобраться в ситуации на таможнях, где сотрудники изымают бронежилеты и другие жизненно необходимые грузы.

Впрочем, никакой оперативной реакции на обращение нет. Хотя, казалось бы, в круглосуточном режиме должен работать штаб, состоящий из министров и вице-премьеров, оперативно реагирующих на любые «сообщения с мест» о возникающих у наших войск проблемах: закупать необходимое из бюджета, принимать управленческие решения. Но нет, все складывается иначе.

Холодный цинизм

Эта разобщенность видна и на идеологическом уровне. Наверное, школьные линейки накануне Дня Победы и буквы Z на стекле авто помогают сплотить общество. Но зато такие отписки, как получил от военной прокуратуры отец Егора Шкребеца – пропавшего матроса с крейсера «Москва» — показывают: государственный аппарат по-прежнему живет своей, особой жизнью. Даже если это население те, на кого пришлась главная тяжесть проводимой спецоперации.

Как рассказал военкор Юрий Котенок, «в военной прокуратуре отцу матроса Егора Шкребеца, пропавшего во время взрыва на крейсере Москва, сообщили, что крейсер не участвовал в спецоперации и не заходил в территориальные воды Украины. Более того их сын признан «безвести отсутствующим на территории воинской части», так как пропал «во время чрезвычайного происшествия, повлекшего гибель корабля». Более странного и хамского ответа сложно представить».

Все идет по плану: почему вторая стадия спецоперации ознаменовалась отступлением российской армии под ХарьковомОтвет отцу пропавшего матроса.

Телеграм-канал «МИГ» добавляет: «Судя по страничке «вконтакте», в самые трудные минуты безутешного горя отец погибшего на крейсере «Москва» матроса (кстати, крымчанин) сохранял верность России. И такой формальный, холодный цинизм военной прокуратуры. Хочется верить, что к нему уже выехали с личными извинениями ответственные лица».

Но никто ни к кому не выехал.

Неэффективное господство в воздухе

Ряд важных просчетов был допущен в последние годы и в вопросах технического оснащения вооружённых сил. Скажем, судя по всему, мы практически уничтожили авиацию Украины. Но при этом наше абсолютное господство в воздухе приносит России крайне ограниченные плюсы. Почему? Потому что, несмотря на весь мировой опыт последних десятилетий, в нашей авиации продолжали делать упор на закупку свободнопадающих бомб. А сбросить их на противника, и не потерять самолет сегодня крайне проблематично из-за уровня развития средств ПВО.

Военный эксперт Илья Крамник поясняет:

— Мы строим дорогой современный бомбардировщик с суберпродвинутым прицельным комплексом, чтобы потом подвесить под него пять тонн чугуния и идти на цель в стиле японских камикадзе.

Главной проблемой арсенала высокоточного оружия ВКС России на сегодня остается отсутствие массового дешевого корректируемого боеприпаса, который мог бы применяться вместо свободнопадающих авиабомб. На Западе к выводу о необходимости массового высокоточного боеприпаса пришли еще до «Бури в Пустыне» 1991 года, но после этой кампании работы получили дополнительный импульс.

Все идет по плану: почему вторая стадия спецоперации ознаменовалась отступлением российской армии под ХарьковомГосподство ВКС в небе Украиы могло бы принести намного более зримые результаты от применения бомбардировочной авиации.

— Осознавалась ли необходимость наличия подобного боеприпаса в России? Да, она была осознана практически сразу, еще в 1990-е годы, но мешало отсутствие работоспособной ГЛОНАСС. Затем появился ряд боеприпасов со спутниковым наведением типа КАБ-500С, УПАБ-1500Б и др., но все это были довольно дорогие изделия, а не комплекты переделки неуправляемых авиабомб, — объясняет эксперт. — В 2000-е отечественная конструкторская мысль пошла по пути совершенствования бортовых прицельных комплексов, что в итоге позволило приблизить точность применения «чугуния» к таковой у управляемых бомб, однако а) сохранялась бОльшая зависимость от условий применения; и б) – бомбы все равно нужно сбрасывать над целью. В сравнении со сбросом планирующей бомбы с 25 км это означает для бомбардировщика примерно 150 секунд дополнительного пребывания в зоне воздействия ПВО.

Подобные пробелы сказываются и на потерях, и на экономике войны: вместо дешевых управляемых боеприпасов приходится использовать «Калибры» и Х-55/101.

Севернее Харькова наши войска отступили

Открытым остается и вопрос мобилизации. Очень многие эксперты и военные убеждены: без нее наше наступление на Украине невозможно. И пока эта тема в нашем обществе обсуждается, командование ВСУ уже перебрасывает на фронт резервы из центральной и западной частей страны.

На передовую прибывают соединения, значительно пополненные резервистами. И под Харьковом наши войска уже оставляют свои позиции и отходят вглубь оборонительных линий.

Военный эксперт канала «Рыбарь» объяснил: что после выхода подразделений ВС РФ из Старого Салтова вывод войск с северо-восточной окраины Харькова был вопросом времени.

— После того, как ДРГ ВСУ подорвали мост через реку Муром между Русскими Тишками и Черкасскими Тишками, угроза окружения стала очевидной. Чтобы предотвратить запирание ВС РФ в котле, командованием было принято решение о выводе российских подразделений из Циркунов, Черкасских Тишек и Липцов. Передовые отряды ВСУ вошли в Липцы. В Циркунах идёт зачистка. Украинские подразделения вскрывают подвалы, проверяют телефоны местных жителей, ищут агентов и осведомителей российских войск, — рассказал эксперт.

Все идет по плану: почему вторая стадия спецоперации ознаменовалась отступлением российской армии под ХарьковомЛеонид Решетников.

Подтвердил информацию и генерал Службы внешней разведки, доцент и заведующий кафедрой истории и исторического архивоведения Московского государственного института культуры Леонид Решетников:

— Тревожные новости из зоны специальной военной операции. Наши войска под давлением противника на северо-востоке от Харькова вынуждены отойти практически к границе с Белгородской областью. ВСУ здесь наступает, чтобы оттянуть российские силы с фронта из-под Изюма. Наши успехи на этом направлении могут привести к окружению 40-тысячной группировки противника. ВСУ пока удалось серьёзно затормозить продвижение русских войск от Изюма и Лимана на юго-запад и запад.

Что дальше: Белгород, Курск, Воронеж?

Но как объясняет это обществу Министерство обороны РФ? Что говорит о последствиях? О встречных действиях? По сути, полная тишина.

В результате экс-спикер МИД ДНР Константин Долгов, в 2014 году – один из лидеров Антимайдана в Харькове делится своим восприятием происходящего:

— Это уже ни в какие ворота не лезет. Вышли уже из четырёх областей — Киевской, Черниговской, Сумской, Полтавской. Харьковская будет пятой по счёту? Что дальше? Выйдем из Белгородской, Курской, Воронежской? Подпишем капитуляцию? Отдадим бандеровцам часть территорий? Будем платить репарации?

Все идет по плану: почему вторая стадия спецоперации ознаменовалась отступлением российской армии под ХарьковомКонстантин Долгов.

Также Константин Долгов объясняет, чем, по его мнению, обернется для России выход из Харьковской области:

— Это — гарантированно новая «Буча». Это плевок во всех, кто освобождал эту территорию, в живых и мёртвых. Это сокращение ударной дистанции до Белгорода (вместо 75-80 километров будет 40), и противник сможет поливать город даже из обычных «Градов». И это колоссальный удар по боевому духу наших подразделений и по нашему обществу в целом. К тому же, это ещё один, уже второй по счёту, обман тех жителей освобождённых территорий, кто поверил России (первый раз кинули в 2014м).

По его словам, отступление также означает «резкий подъём боевого духа у врага, торжество безнаказанности у мразей вроде Немичева и Величко-Чили, которые простреливали ноги нашим пленным солдатам в Харьковской области и огромное, буквально в разы, снижение числа тех, кто всё ещё ждёт в Харькове освобождения от украинства, кто ждёт русских войск».

Также Долгов отмечает, что уход ВС РФ – это «жуткий пример для членов военно-гражданских администраций в Херсоне, Мелитополе, Бердянске, Геническе».

На исход СВО отступление под Харьковом не повлияет

Но не все так эмоционально воспринимают ситуацию. Скажем, военкор Роман Сапоньков призывает не драматизировать:

— Могли и отступить. Российская армия наступает к югу от Харькова, под Изюмом. Харьков никто брать не собирается, это город миллионник, нереально и с военной, и с гуманитарной точки зрения. Если армия противника наступает, что вам нужно сделать? Остановить его наступление и перейти в контрнаступление. Если вы не можете остановить наступление противника на основном направлении, что вам нужно сделать? Ударить на другом направлении, чтобы заставить противника оттянуть силы с основного направления. Где ударили ВСУ? На второстепенном направлении, километрах в 150 от основного наступления РФ. Нужно туда перекидывать силы с Донбасса, чтобы остановить наступление там? Нет, в этом нет смысла. Ну остановите вы там ВСУ, вернёте назад три деревни. А дальше что? Опять оперативный тупик. Поэтому пусть наступают, даже выходят на административную границу. Нам сейчас главное схлопнуть их группировку на Донбассе. После этого у них обвалится фронт до Днепра и они сами уйдут из под Харькова, — считает эксперт.

Все идет по плану: почему вторая стадия спецоперации ознаменовалась отступлением российской армии под ХарьковомЕвгений Поддубный.

Схожей точки зрения придерживается и военный эксперт Евгений Поддубный:

— С военной точки зрения прорыв к границе мало повлияет на исход всей СВО. Херсон и Запорожье против буферной зоны. Но, локально, и с военной точки зрения, такой прорыв к границе, так себе история. Обстрелы нашей территории станут для террористов из ВСУ и нацбатов куда проще. И потом их снова надо будет оттуда вышибать. То есть проще эту историю курировать в зародыше, и попытку наступления — если оно идет — придушить. Чтобы не оставить ни малейшего шанса не только на прорыв. Но в первую очередь на информационную атаку, на инфопреремогу.

Непростительные странности

При этом и на тактическом уровне в ходе спецоперации допускается слишком много непростительных странностей. Как рассказывает военкор Андрей Медведев, «вот на территории Запорожской области рванули мост, в Херсоне вдруг «по невыясненным причинам» загорелись заросли камыша, огонь перекинулся на частный сектор, периодически что-то подобное случается на границе Белгородской, Курской, Брянской областей (а то и вовсе на их территории).. О чем это говорит»?

— О том, что пора бы развязать руки отрядам спецназа для проведения разведывательно-поисковых мероприятий и задействовать их по полной (а не только на охране колонн и объектов). Пора усиленно и масштабно, а не точечно проводить специальные оперативно-розыскные мероприятия силами ФСБ, пора выставлять охрану мостов и важных объектов (не обязательно оборудовать ВОПы рядом с ними, есть и менее затратные, но очень эффективные способы). Пора бы уже вспоминать опыт создания полос безопасности на границе (километров на 5) и мото-маневренных групп пограничников и за лентой, пора бы уже усилить охрану военных городков, домов офицерского состава и воинских частей, а не пускать патрули-тройки «для галочки», — убежден эксперт.

Все идет по плану: почему вторая стадия спецоперации ознаменовалась отступлением российской армии под ХарьковомВсе ошибки, так или иначе, оборачиваются новыми потерями.

А 7 мая Александр Ходаковский – экс-секретарь Совета безопасности ДНР, воюющий в окопах, пишет: «С самого утра снова режим тишины, снова военные начальники, отвечающие за процесс эвакуации, бегают по нашим позициям и требуют оттянуться назад, чтобы выполнить условия ОБСЕ. А противник, пользуясь нашей широтой души, или бестолковостью — кому как больше нравится — спокойно минирует пробитые артиллерией дыры в бетонном ограждении и устанавливает фугасы… Завтра пехота будет на этом взлетать на воздух».

Второй этап СВО так и не наступил

Как поясняет военкор Юрий Котенок, в сложившихся обстоятельствах нет смысла говорить о втором этапе СВО:

— Как может наступить второй этап, если наступления как такового нет? У нас нет активных прорывов с тем, чтобы начинать второй этап. Второй этап — это проломить оборону противника и развивать наступление, расширять его. А этого нет. Мы пока не проломили оборону противника.

При этом он убежден: у России есть возможность победить. Даже — без применения ядерного оружия. Но — как? Вот, что в первую очередь необходимо сделать по мнению военкора:

— Для того, чтобы победить, необходимо избавиться от ряда людей, которые «не умеют», «не хотят» или предатели, и …начать побеждать. Нужно относиться переводить экономику на военные рельсы, перевооружать армию, покупать новое вооружение за рубежом, если это необходимо и, в конце концов, начать карать за дебильные управленческие решения. А то в реальности у нас дорогостоящие новейшие ракеты стреляют по старым советским картам, не соответствующим действительности. И спутников у нас летают всего парочка (!), и цепляют они Украину только боком, краешком, поскольку запускались в конце 80-х годов прошлого века и заточены вовсе не под Украину, — объяснил Котенок.

Все идет по плану: почему вторая стадия спецоперации ознаменовалась отступлением российской армии под ХарьковомПока вместо прорыва мы имеем на втором этапе СВО только новых пленных из числа российских солдат и ополченцев Донбасса.

Впрочем, как и многие в России, он ждет 9 Мая:

— Посмотрим, что Президент скажет нам. Исходя из этого можно будет попытаться догадаться, когда мы попытаемся «отпетлять», сказав, всё, что мы уже всех победили.

А вот бывший израильский разведчик Яков Кедми считает, что у России есть только один способ победить Запад: если она противопоставит собственную идеологию с конструктивной национальной идеей.

К сожалению, что касается идеологии, здесь все пока сложно. Пожалуй, единственным серьезным «идеологическим» заявлением последних месяцев стало высказывание секретаря генсовета «Единой России» Андрея Турчака. Он заявил, что Россия навсегда пришла в Херсонскую область и никакого возврата в прошлое не будет.